Компания поставила дорожному управлению нефтепродукты, но оплату получила не в полном объеме. В 2019 году арбитражный суд удовлетворил иск поставщика, взыскав основной долг, неустойку и судебные расходы. Исполнительный лист был получен, но приставам он не предъявлялся. В 2020-2021 годах стороны подписали несколько двусторонних актов о взаимозачетах, в результате которых часть основного долга была погашена встречными обязательствами покупателя.
В 2023 году в отношении дорожного управления была введена процедура банкротства. Компания-поставщик обратилась в суд в рамках этого дела с требованием включить в реестр оставшуюся задолженность (остаток основного долга, неустойку и расходы). Основным правовым препятствием стал вопрос о пропуске трехлетнего срока для предъявления исполнительного листа к принудительному исполнению (срок исполнительной давности).
Суд первой инстанции отказал во включении требований, посчитав, что кредитор пропустил срок исполнительной давности, который истек к моменту обращения в дело о банкротстве.
Суд апелляционной инстанции отменил это определение. Он пришел к выводу, что подписание сторонами актов о взаимозачете после выдачи исполнительного листа является частичным исполнением должником решения суда. Это действие прервало течение срока исполнительной давности. После перерыва срок начал течь заново и на момент обращения кредитора не истек. Суд включил требование в реестр, однако снизил размер неустойки, исключив период действия моратория на удовлетворение требований кредиторов (установленного в банкротстве).
Арбитражный суд округа отменил постановление апелляции, согласившись с судом первой инстанции. Окружной суд признал факт прерывания срока (последним актом зачета 28.12.2021), но ошибочно посчитал, что к дате обращения в банкротном деле (26.04.2024) новый трехлетний срок уже истек, неправильно исчисляя его начало.
Верховный Суд РФ, рассмотрев кассационную жалобу кредитора, отменил постановление окружного суда и частично — постановление апелляции. Он указал, что двусторонние акты о зачете, подписанные должником, представляют собой согласованное волеизъявление сторон (договорной зачет) и являются действиями должника, направленными на частичное исполнение судебного решения. Такие действия в силу ст. 22 Федерального закона «Об исполнительном производстве» прерывают срок исполнительной давности. После перерыва (28.12.2021) срок начинает течь заново. Следовательно, на дату предъявления требования в деле о банкротстве (26.04.2024) срок не истек. Таким образом, требование о включении в реестр основного долга и судебных расходов является обоснованным.
По вопросу расчета неустойки ВС РФ согласился с подходом апелляционного суда о необходимости исключения периода действия моратория из расчета неустойки. Однако он установил, что расчет суммы неустойки, произведенный судом апелляционной инстанции, является неверным (фактически период моратория был исключен дважды, о чем заявили обе стороны спора). В связи с этим данная часть требования была направлена на новое рассмотрение в апелляционный суд для точного арифметического расчета.
Прерывание срока исполнительной давности происходит не только при прямой уплате денег по исполнительному листу, но и при любых волевых действиях должника, ведущих к частичному прекращению обязательства, включая оформление договорного зачета по взаимным требованиям.
После перерыва течение срока начинается заново, а время, прошедшее до перерыва, в новый срок не засчитывается.
Начисление договорной неустойки (пеней) приостанавливается на время действия моратория, введенного в процедуре банкротства, так как в этот период кредитор не мог принудительно взыскать долг.
Источник - определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2025 № 304-ЭС25-7362.

