Безусловно, одна из главных целей контролирующих органов – пополнить бюджет. Иногда «расколоть» плательщика, поймать его на нарушении бывает довольно просто. Но когда некуда деваться, любимое занятие контролеров – «досочинять» в свою пользу положения Налогового кодекса и иных законов и подзаконных актов. Предлагаем убедиться, насколько им это удается, на примере подборки судебных споров сентября." />Судебные споры сентября
Судебные споры сентября

Судебные споры сентября

29.09.2010

Безусловно, одна из главных целей контролирующих органов – пополнить бюджет. Иногда «расколоть» плательщика, поймать его на нарушении бывает довольно просто. Но когда некуда деваться, любимое занятие контролеров – «досочинять» в свою пользу положения Налогового кодекса и иных законов и подзаконных актов. Предлагаем убедиться, насколько им это удается, на примере подборки судебных споров сентября.

«Дорогой» кредит выделки не стоит

Налоговая инспекция провела выездную проверку фирмы по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты НДС, налога на прибыль, налога на имущество, земельного налога, транспортного налога, ЕНВД, единого налога, взимаемого при упрощенной системе налогообложения, НДФЛ и др.
Фирма подала возражения на акт проверки. Возражения и материалы проверки были рассмотрены в присутствии представителей фирмы.
По результатам выездной проверки инспекторы привлекли фирму к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса за неуплату налогов. Также начислена недоимка и пени.
Решением областного УФНС решение инспекции оставлено без изменения, а жалоба фирмы без удовлетворения. Фирма обратилась в арбитражный суд.
Арбитры изучили материалы дела и установили: между фирмой и банком заключен кредитный договор. По нему банк обязался предоставить заемщику (фирме) денежные средства в форме возобновляемой кредитной линии с лимитом задолженности 8 млн. рублей, а заемщик обязался возвратить полученный кредит и уплатить проценты. При этом заемщик уплачивает банку 13 процентов годовых. Кредитный договор предусматривает обеспечение. Одним из поручителей выступает А.Г. Зволин.
В свою очередь между указанным банком и Зволиным заключен договор залога недвижимости. По нему залогодержатель (Зволин) передает в залог недвижимое имущество для обеспечения исполнения обязательств фирмы по кредитному договору. Стороны определили залоговую стоимость закладываемого имущества в 12 млн. рублей (по независимой оценке – более 13 млн. рублей).
Между индивидуальным предпринимателем А.Г. Зволиным и фирмой в лице директора А.Г. Зволина заключено соглашение, по которому Зволин обязуется выдать поручительство перед банком за обеспечение обязательств по кредитному договору. Фирма ежемесячно в течение срока действия кредитного договора уплачивает ему вознаграждение (2 процента от оценочной стоимости заложенного имущества). Как выяснили арбитры, за проверенный налоговиками период фирма уплатила Зволину вознаграждение более 5 млн. рублей. Эту сумму фирма отнесла на затраты организации по статье «прочие расходы» (подп. 49 п. 1 ст. 264 НК РФ).
Таким образом, судьи установили, что Зволин в течение нескольких лет был одновременно директором, главным бухгалтером и учредителем фирмы. При этом зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Арбитры логично подошли к выводу о взаимозависимости фирмы и Зволина (ст. 20 НК РФ).
В итоге затраты на получение кредита составили более 7 млн. рублей, в том числе вознаграждение Зволину 5,5 млн. рублей, проценты за кредит 1,8 млн. рублей (при сумме кредита 8 млн. рублей). Следовательно, необходимость получения кредита для достижения разумной деловой цели на таких условиях не обоснована: затраты на получение кредита составили более 7 млн. рублей (91 процент от суммы кредита).
Таким образом, взаимозависимость фирмы и ее владельца Зволина направлена на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного уменьшения уплаты налоговых платежей в бюджет (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 6 сентября 2010 г. по делу № А53-865/2010).

Какую ГТД представить – выбирает налогоплательщик

Компания осуществила экспорт продукции и по результатам хозяйственной операции представила в налоговую инспекцию уточненную декларацию по НДС по ставке 0 процентов. ИФНС провела камеральную проверку, составила акт и приняла решение отказать в возмещении 66,1 млн. рублей НДС. Вышестоящие налоговики оставили решение инспекции без изменения. Компания обжаловала ненормативные акты налоговиков в арбитражный суд.
По мнению ИФНС, налоговое законодательство не предусматривает представление уточненной декларации по НДС в части дополнительного включения оборотов по реализации по ставке 0 процентов и дополнительного представления документов по статье 165 Налогового кодекса (подтверждение права на возмещение при нулевой ставке). Компания неправомерно заявила 66,1 млн. рублей НДС к вычету. Но арбитры посчитали иначе.
Судьи пришли к выводу, что компания представила в налоговую инспекцию полный пакет документов, подтверждающих право на возмещение НДС и применение ставки 0 процентов по уточненной налоговой декларации. Более того: Налоговый кодекс не содержит указание на представление определенного вида грузовой таможенной декларации (предварительной или постоянной) в пакете документов, предусмотренных статьей 165 кодекса при заявлении права на применение ставки 0 процентов по НДС. Аналогичная позиция содержится в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 марта 2008 г. № 16581/07.
Налоговая инспекция документально не опровергла реальность хозяйственных операций компании, товарность сделок по поставке продукции и их оплату. Судьи указали: на оборотной стороне представленных деклараций в соответствии с пунктом 15 Порядка действия должностных лиц таможенных органов при подтверждении фактического вывоза товаров (утв. приказом ФТС России от 18 декабря 2006 г. № 1327) имеются отметки таможенных органов о вывозе товара. В итоге суд удовлетворил требования компании о признании недействительными решений налоговой инспекции и областного управления ФНС России (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 6 сентября 2010 г. по делу № А32-5763/2010).

Засуха – не повод восстановить НДС

Налоговая инспекция провела выездную проверку сельскохозяйственного предприятия по вопросам соблюдения законодательства о налогах и сборах, правильности исчисления и уплаты налога на прибыль, НДС, налога на имущество предприятий, транспортного налога, земельного налога, ЕНВД и др. По результатам проверки составлен акт и принято решение привлечь предприятие к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса. Также предложено уплатить НДС.
Предприятие подало апелляционную жалобу в УФНС по области, а затем в арбитражный суд.
Арбитры установили, что в 2006 – 2007 годах предприятие приобретало товары, работы и услуги, необходимые для производства сельскохозяйственной продукции, и оплачивало их, в том числе и НДС, который предъявлен к вычету по обоим годам. При этом названные затраты списаны в 2006 – 2007 годах в связи с гибелью сельскохозяйственных культур в результате стихийных бедствий, а именно – засухи. Факт гибели сельхозкультур вследствие стихийного бедствия и размер списанных затрат подтвержден актами обследования объектов растениеводства, калькуляциями стоимости затрат, сведениями о гибели сельскохозяйственных культур и материальном ущербе от почвенной и атмосферной засухи.
Налоговики не оспаривают, что материалы, которые предприятие использовало при  выращивании погибших сельскохозяйственных культур, надлежащим образом оприходованы, оплачены с учетом НДС и предназначались для использования в производстве продукции, облагаемой налогом. Однако инспекторы считают, что принятый к вычету НДС по приобретенным товарам, работам и услугам должен быть восстановлен, так как производство не дало результата. Выбытие товаров (посевов сельскохозяйственных культур) в связи с их уничтожением не является операцией, облагаемой НДС, поэтому налог, поставленный к возмещению после утраты посевов, подлежит восстановлению.
Судьи указали, что ИФНС не доказала обоснованность доначисления НДС, уплаченного при приобретении товаров, работ и услуг, использованных в производстве сельскохозяйственной продукции. Более того: законом не предусмотрено, что принятый к вычету НДС в случае гибели продукции в результате стихийного бедствия (неблагоприятных погодных условий) подлежит восстановлению и уплате.
Пункт 3 статьи 170 Налогового кодекса предусматривает условия, при которых суммы налога, принятые к вычету налогоплательщиком по товарам (работам, услугам), в том числе основным средствам и нематериальным активам, имущественным правам, подлежат восстановлению. Утрата сельскохозяйственной продукции, выразившаяся в ее гибели вследствие стихийного бедствия, к их числу не относится. Поэтому предприятие не обязано представлять в налоговую инспекцию всю документацию, подтверждающую данный факт (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 3 сентября 2010 г. по делу № А53-31107/2009).

Не все то вино, что виноматериал

Фирма–таможенный представитель по нескольким грузовым таможенным декларациям (ГТД) осуществила таможенное оформление товара (виноградное сусло (виноматериал) натуральное нерозливостойкое необработанное белое для производства шампанских (игристых) вин, а также сброженное виноградное сусло, с завершенным процессом брожения, натуральный необработанный нерозливостойкий белый материал для производства шампанских (игристых) вин). При таможенном оформлении указанный товар классифицирован фирмой в подсубпозиции 2204301000 ТН ВЭД таможенного союза со ставкой таможенной пошлины в размере 5 процентов от таможенной стоимости ввезенного товара. Фирма уплатила пошлину в полном объеме.
Товар ввезен в Россию в адрес торговой компании-получателя. Задекларированный фирмой товар выпущен таможней для внутреннего потребления, о чем в ГТД свидетельствует штамп «Выпуск разрешен».
При проверке правильности исчисления и своевременности уплаты таможенных платежей инспекторы установили, что вышеуказанный товар, оформленный по ГТД, предполагает взимание акциза. В связи с этим таможней в адрес фирмы выставлены требования об уплате таможенных платежей на общую сумму 300,7 млн. рублей (акцизы, НДС, пени).
Основанием для начисления таможенных платежей послужило отнесение таможней указанного товара к спиртосодержащей продукции согласно статье 181 Налогового кодекса Российской Федерации. К этому выводу таможня пришла на основании сведений о товаре, заявленных в ГТД, а также указанных в подтверждениях о фиксации сведений об импорте нефасованной спиртосодержащей продукции в единой государственной автоматизированной информационной системе учета объема производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, приложенных к ГТД. Фирма с этим не согласилась и обратилась в суд.
По мнению таможни, ввезенный товар относится к спиртосодержащей продукции и не является виноматериалом.
Судьи рассуждали следующим образом.
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 181 Налогового кодекса подакцизными товарами признается алкогольная продукция (спирт питьевой, водка, ликероводочные изделия, коньяки, вино и иная пищевая продукция с объемной долей этилового спирта более 1,5 процента, за исключением виноматериалов).
Виноматериалы – это спиртосодержащая пищевая продукция, которая используется в качестве сырья для производства вина и получена в результате спиртового брожения винограда, виноградного сусла либо плодового или ягодного сока без добавления ароматических и вкусовых добавок, без добавления или с добавлением этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, и (или) дистиллятов, с содержанием этилового спирта не более 22,5 процента объема готовой продукции. Такое определение содержится в пункте 13 статьи 2 Федерального закона от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции».
Понятие вина и виноматериалов также утверждено в ГОСТ Р 52335-2005 «Продукция винодельческая. Термины и определения». Столовым вином признается столовое вино наливом, предназначенное для розлива в потребительскую тару или для производства различных винодельческих продуктов и не подлежащее реализации населению как готовый продукт. Под виноградным суслом понимается продукт, получаемый из свежего винограда самопроизвольно или с использованием физических приемов.
Таким образом, двумя основными признаками виноматериала являются: 1) использование его в качестве сырья для производства вина (в данном случае для производства шампанского (игристого) вина); 2) получение его в результате спиртового сброжения винограда, виноградного сусла либо плодового или ягодного сока (в данном случае в результате сброжения виноградного сусла).
ГОСТ Р 52523-2006 «Вина столовые и виноматериалы столовые. Общие технические условия» также дает различие в понятийном аппарате: именно столовое вино – это вино с объемной долей этилового спирта от 8,5 до 15,0 процентов изготовленное в результате полного или неполного спиртового брожения целых или дробленых ягод свежего винограда или свежего виноградного сусла. При этом столовый виноматериал – это столовое вино наливом, предназначенное для розлива в потребительскую тару или для производства различных винодельческих продуктов и не подлежащее реализации населению как готовый продукт. Следовательно, необходимо наличие двух условий для признания декларируемого товара вином: 1) продукт полностью готов к употреблению и реализации конечному потребителю как готовый продукт; 2) он не разлит в потребительскую тару.
Судьи обратили внимание на то обстоятельство, что розлив вина в непотребительскую (транспортную) тару ГОСТом 7208-93 не предусмотрен. Следовательно, виноматериал, поставляемый наливом в транспортной таре, не может считаться вином и не облагается акцизом. Таможенники неверно истолковали статью 181 Налогового кодекса.
Арбитры также проанализировали товаросопроводительные документы, санитарно-эпидемиологические заключения, материалы экспертизы и пришли к выводу, что задекларированный в данном случае товар является виноматериалом. При этом ГТД  содержит указание на необходимость дальнейшей обработки данного продукта. Товар не был разлит в потребительскую тару, поставлялся наливом во флекси-танках (постановление ФАС Московского округа от 1 сентября 2010 г. № КА-А40/9756-10 по делу № А40-7063/10-149-101).

ИФНС обязана дать кредиторам время

В Вестнике государственной регистрации опубликовано сообщение о реорганизации компании в форме присоединения к другому ООО. Указано, что требования кредиторов могут быть направлены в течение одного месяца с момента публикации.
Впоследствии компания прекратила свою деятельность. Об этом внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ, что подтверждено выпиской. При этом компания не уведомила своего кредитора о проводимой реорганизации в форме присоединения. Кредитор обратился в суд, так как посчитал, что регистрация прекращения деятельности компании нарушает его права и законные интересы и противоречит действующему законодательству.
При рассмотрении спора в суде логика рассуждений арбитров была такова.
При государственной регистрации юридического лица, создаваемого путем реорганизации (преобразования, слияния, разделения, выделения), в регистрирующий орган нужно представить подписанное заявление установленной формы о государственной регистрации каждого вновь возникающего юридического лица. Заявление, в частности, подтверждает, что все кредиторы реорганизуемого лица уведомлены в письменной форме о реорганизации и в установленных законом случаях вопросы реорганизации согласованы с соответствующими государственными органами и (или) органами местного самоуправления (п. «а» части 1 ст. 14 Федерального закона от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).
В соответствии со статьей 51 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при реорганизации в форме слияния или присоединения не позднее 30 дней с даты принятия решения об этом последним из обществ, участвующих в слиянии или присоединении, ООО обязано письменно уведомить об этом всех известных ему кредиторов и опубликовать сообщение о принятом решении. При этом кредиторы в течение 30 дней с даты направления им уведомлений или с даты опубликования сообщения могут письменно потребовать досрочного прекращения или исполнения соответствующих обязательств общества и возмещения им убытков.
И самое существенное: государственная регистрация обществ, созданных в результате реорганизации, и внесение записей в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности реорганизованных обществ осуществляются только при представлении доказательств уведомления кредиторов.
Арбитры изучили материалы дела и установили, что каких-либо доказательств надлежащего уведомления кредиторов о реорганизации компании в уполномоченную налоговую инспекцию не представлено. Судьи отклонили довод налоговиков о том, что компанией было представлено сообщение, в котором указывалось, что на момент представления документов у нее отсутствует кредиторская задолженность. Дело в том, что такое сообщение носит уведомительный характер. Его нельзя расценивать как доказательство уведомления кредиторов.
Также отклонен довод налоговиков о том, что действующим законодательством не установлен срок, по истечении которого общество вправе подать документы на государственную регистрацию, так как государственная регистрация сведений о прекращении деятельности юридического лица до истечения срока, в который кредиторами могут быть предъявлены требования, противоречит требованиям статьи 51 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и влечет нарушение прав кредиторов.
Таким образом, налоговая инспекция при внесении в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности компании не учла срок уведомления ее кредиторов. Это привело к невозможности предъявить требования кредиторов к компании.
В данном случае действия налоговиков по исключению компании из ЕГРЮЛ лишили кредитора возможности предъявить требования о погашении задолженности.
Арбитры обязали налоговую инспекцию внести изменения в ЕГРЮЛ в отношении компании путем признания недействительными соответствующих записей (постановление ФАС Московского округа от 2 сентября 2010 г. № КГ-А40/8272-10 по делу № А40-99441/09-139-571).

«Фирменная» дача не пройдет

Фирме на праве собственности принадлежит земельный участок сельскохозяйственного назначения с видом разрешенного использования – для осуществления деятельности крестьянского (фермерского) хозяйства (основной вид деятельности – овощеводство). Местная администрация своим постановлением изменила вид разрешенного использования земельного участка с «для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства» на «для дачного строительства».
Фирма обратилась в территориальный отдел Управления Федерального агентства кадастра объектов недвижимости (далее – Управление) с заявлением о внесении изменений в сведения государственного земельного кадастра о разрешенном использовании принадлежащего ей земельного участка. Управление своим решением отказало фирме в проведении кадастрового учета на основании пункта 2 части 2 статьи 27 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» в связи с несоответствием по форме и содержанию необходимых для кадастрового учета документов. Фирма посчитала, что указанное решение нарушает ее права в сфере предпринимательской деятельности, и обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным отказа Управления и обязании его совершить необходимые действия по проведению государственного кадастрового учета земельного участка.
В обоснование своей позиции представитель фирмы указал, что к заявлению о кадастровом учете, которое полностью соответствует требованиям Приложения № 2 к приказу Минюста России от 20 февраля 2008 г. № 34, было приложено вышеназванное постановление местной администрации об изменении разрешенного использования участка. Оно является правоустанавливающим документом по смене вида разрешенного использования, который предусмотрен действующим законодательством. Поэтому доводы Управления о том, что по форме и содержанию заявление и соответствующий пакет документов не соответствуют российскому законодательству, несостоятельны.
Фирма посчитала, что нормы Федерального закона от 15 апреля 1998 г. № 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» допускают использование для дачного строительства тех земельных участков из категории земель сельскохозяйственного назначения, которые предоставлены для этих целей в установленном порядке физическим лицам и некоммерческим объединениям граждан.
При рассмотрении спора в суде фирма не согласилась с выводом суда о том, что она не является некоммерческим объединением и не имеет права владеть земельным участком сельхозназначения с разрешенным использованием «для дачного строительства». При этом она пояснила, что Федеральный закон от 15 апреля 1998 г. № 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» применим к участкам, предоставленным муниципалитетами в аренду гражданам либо дачным объединениям. А фирма является собственником земельного участка.
При рассмотрении материалов дела арбитры разъяснили: законодательство не предусматривает установление вида разрешенного использования «для дачного строительства» в отношении земельных участков, пользование которыми осуществляют коммерческие организации. Для коммерческих организаций не может быть изменен вид разрешенного использования земельного участка с «для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства» на «для дачного строительства». Вместе с тем фирма не представила в Управление документы, подтверждающие создание иного юридического лица. При этих обстоятельствах отказ Управления внести изменения в государственный земельный кадастр правомерен (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 2 сентября 2010 г. по делу № А45-215/2010).

ДЕЛА, КОТОРЫЕ ПРОЗВУЧАЛИ…

Сумма требованийСуть делаКто выиграл
1 126 016 руб.Взаимозависимость организации и гражданина направлена на получение необоснованной налоговой выгоды, если гражданин  одновременно является директором, главным бухгалтером и учредителем фирмы. При этом он зарегистрирован как индивидуальный предприниматель и выступает поручителем по кредитному договору своей фирмы и банка. Сами по себе условия кредита заведомо не выгодны.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 6 сентября 2010 г. по делу № А53-865/2010
Контролеры
66 100 485 руб.Налоговый кодекс не содержит указание на представление определенного вида грузовой таможенной декларации (предварительной или постоянной) в пакете документов, предусмотренных статьей 165 Налогового кодекса при заявлении права на применение ставки 0 процентов по НДС.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 6 сентября 2010 г. по делу № А32-5763/2010
Плательщик
2 113 563 руб.Законом не предусмотрено, что принятый к вычету НДС в случае гибели сельскохозяйственной продукции в результате стихийного бедствия (неблагоприятных погодных условий типа засухи) подлежит восстановлению и уплате.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 3 сентября 2010 г. по делу № А53-31107/2009
Плательщик
300 748 348 руб.Виноматериал, поставляемый наливом в транспортной таре, не может считаться вином и не облагается акцизом.

Постановление ФАС Московского округа от 1 сентября 2010 г. № КА-А40/9756-10 по делу № А40-7063/10-149-101
Плательщик
-Налоговая инспекция при внесении в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности фирмы (путем присоединения) обязана  учитывать срок уведомления ее кредиторов на предъявление требований о погашении задолженности. Такой срок составляет 30 дней.

Постановление ФАС Московского округа от 2 сентября 2010 г. № КГ-А40/8272-10 по делу № А40-99441/09-139-571
Плательщик
-Законодательство не предусматривает установление вида разрешенного использования «для дачного строительства» в отношении земельных участков, пользование которыми осуществляют коммерческие организации.

Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 2 сентября 2010 г. по делу № А45-215/2010
Контролеры
ИтогиПлательщики выиграли судебные дела на сумму 369,4 млн. руб.
Контролеры выиграли судебные дела на сумму 1,1 млн. руб.



В. Бельковец,
юрист, ведущий эксперт по правовым вопросам

Материал предоставлен редакцией журнала "Практическая бухгалтерия"
 

Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное