Как из свидетеля не превратиться в обвиняемого

08.09.2016

Чтобы не «попасть» на крупные штрафы по результатам выездной налоговой проверки, компания не должна, разумеется, нарушать действующее законодательство. Во-вторых, руководству по мере возможности стоит обеспечить «лояльность» сотрудников, проведя с ними инструктаж на тему того, о чем можно говорить с проверяющими, а о чем лучше тактично промолчать. Так, на всякий случай… В деле, о котором пойдет речь, оба условия были фирмой проигнорированы.

Компания, ведущая ресторанный бизнес на УСН («доходы»), попробовала оспорить в арбитражном суде многомиллионные доначисления по результатам выездной налоговой проверки с привлечением сотрудников полиции и не преуспела (постановление АС города Москвы от 24.05.2016 № А40-249895/ 2015). Даже при беглом ознакомле­нии с «фабулой» дела видно, что руководители компании – далеко не ангелы. Налоговики уличили фирму в целом «сериале» правонарушений: ведении двойной бухгалтерии, несвоевременном удержании и перечислении НДФЛ, неоприходовании выручки, сокрытии доходов и иных деяниях. Наказанием за такие «художества» стало доначисление компании единого налога по УСН,
НДФЛ, а также пени и штрафа на десятки миллионов рублей. В то же время показания других сотрудников, защищавших своего работодателя, во внимание приняты не были.

Запутанная сеть

Деятельность свою организация осуществляла следующим образом: сеть из 16 ресторанов, каждый из которых был зарегистрирован в качестве отдельной фирмы, курировала некая управляющая компания. Сотрудники управляющей компании получали информацию о финансово-хозяйственной деятельности от ресторанов за каждый день, обобщали эту информацию и представляли учредителю. Нареканий такая схема до поры до времени ни у кого не вызывала. Однако однажды в головной офис нагрянула «проверочная бригада», состоящая из налоговиков и полицейских, с целью «выявления и документирования преступной деятельности, согласно имеющимся данным о наличии таковой». Горы документации, а также системные блоки, флеш-накопители, ноутбуки и прочие «технические средства, содержащие электронные файлы с показателями финансово-хозяйственной деятельности обществ, входящих в состав сети», изъяли и увезли. Проведенная экспертиза выявила неучтенный доход ресторанов. Параллельно налоговики проверяют каждую из «точек общепита» в отдельности: пять миллионов «неучтенки», десять, двадцать...

Тяжелый труд «черных кассиров»

Проводятся опросы свидетелей – директора по персоналу, финансового аналитика и т. д. Директор по персоналу доверительно рассказывает проверяющим о существовании в организации неофициальной должности «ночной кассир». О том, как представители этой редкой профессии ежевечерне посещали рестораны, «скручивали» кассу и передавали фискальные чеки учредителю. Большую часть наличных, полученных от реализации услуг сети ресторанов, кассиры ежедневно относили в сейф, расположенный в офисе каждого ресторана. Далее эти неучтенные в бухучете доходы бухгалтеры отвозили в банк, в банковские ячейки.

Главные бухгалтеры ресторанов передавали информацию об этих операциях на корпоративные номера управляющей компании, после чего сотрудник финансового отдела подготавливал сводные таблицы о выручке за предыдущий день и направлял данные на электронный почтовый ящик учредителя.

Защитники фирмы представили в суд так называемые адвокатские опросы сотрудников компании (официантов), содержащих противоположные показания, однако арбитры их отклонили на том основании, что данные лица не были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний и являются зависимыми по отношению к налогоплательщику. К тому же, указали они, объяснения этих сотрудников «противоречат обстоятельствам дела, опровергаются содержащимися в материалах дела доказательствами», а показания директора по персоналу «согласуются с иными доказательствами и дополняют их».

Что касается главного бухгалтера компании, то при первой встрече с проверяющими показания она дала достаточно абстрактные, а допросить ее повторно ни налоговикам, ни полицейским возможности не представилось – дама, не дававшая подписку о невыезде, спешно покинула территорию РФ.

Электроника не врет

Иных доказательств противоправной деятельности, помимо показаний ключевого свидетеля, действительно набралось немало. К примеру, очень заинтересовала «ревизоров в погонах» электронная переписка руководителей. Кроме того, при обыске был обнаружен алгоритм работы сотрудника управляющей компании с данными о хозяйственной деятельности за день, полученными от ресторанов сети (в алгоритме прописано, кто от кого получает данные о доходах, как их разносят по таблицам и кому направляют обработанную информацию).

Также в ходе мероприятий налогового контроля инспекцией были получены кассовые чеки компании за сентябрь 2012 года. Данные кассовые чеки содержат суммы оплаты от клиентов ресторана, поступившие по безналу, которые совпадают с соответствующими суммами в обнаруженных таблицах, однако суммы наличных платежей значительно меньше, чем в таблицах.

Руководство «подвергшейся репрессиям» компании сделало заявление, суть которого сводилось к тому, что степень компетентности допрошенных свидетелей не позволяет объективно и достоверно судить о финансово-хозяйственной деятельности организации, однако эта «реплика» была оставлена без внимания.

Ставка на расчетный метод

Забраковали судьи и довод заявителя о неправомерном неприменении инспекцией положений статьи 40 Налогового кодекса РФ («Принципы определения цены товаров, работ или услуг для целей налогообложения») при расчете налоговой обязанности компании. А действия налоговиков, применивших для этих целей иную статью, признали правомерными.

Как известно, подпункт 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса РФ дает инспекторам право определять сумму налогов расчетным путем на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках.

Перечень оснований для применения такого подхода является закрытым:

  • отказ хозяйствующего субъекта допустить должностных лиц инспекции к осмотру производственных, складских, торговых и иных помещений и территорий, используемых им для извлечения дохода либо связанных с содержанием объектов налогообложения;
  • непредставление налогоплательщиком в ИФНС необходимых для расчета налогов документов в течение более чем двух месяцев;
  • отсутствие учета доходов и расходов;
  • учет объектов налогообложения с нарушением установленного порядка, что привело к невозможности определить сумму налогов.

Налогоплательщик, не соглашаясь с расчетом налоговой обязанности, заявил о том, что в таблицах К-12 отсутствуют печати и подписи должностных лиц общества, следовательно, данные документы не являются бухгалтерскими документами и не могут быть использованы для расчета налоговой обязанности, а основания для применения положений статьи 
31 Налогового кодекса РФ у инспекции отсутствуют.

«Однако, как установлено проверкой, кассовые чеки содержат недостоверную информацию, следовательно, не могут подтверждать заявленные обществом суммы дохода в 2011-2012 гг. При таких обстоятельствах, инспекция обоснованно и правомерно применила положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса РФ», – возразили арбитры.

При этом они сослались на постановление Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2010 № 5/10 с выводом о том, что при расчетном методе исчисления налогов достоверный расчет невозможен по объективным причинам. Допустимость применения расчетного метода обусловливается неправомерным поведением налогоплательщика.
Из данной правовой позиции следует, что налогоплательщик, нарушивший требования законодательства об оформлении и учете хозяйственных операций, обязан опровергнуть расчеты налогового органа, основанные на информации о налогоплательщике. Но этого не произошло.

Алгоритм безопасного поведения при допросе

В описанном выше случае на крупные неприятности компания, разумеется, «нарвалась» сама. А то, что «обвинителем» компании выступила ее директор по персоналу – как говориться, дело житейское. На ее месте мог оказаться любой. Возможно, выместила давнюю обиду на руководство. Но злого умысла в ее действиях вполне могло и не быть – просто испугалась превратиться из свидетеля в обвиняемую, или ее умело «разговорили».

В ходе «бесед по душам» полицейские применяют старые как мир, но редко дающие сбой методы воздействия: прощупывание «болевых точек», опосредованное запугивание или наоборот, симулирование (зачастую, весьма умелое) «дружеского участия». В ход также идут чехарда терминов и жонглирование статьями, а также «передергивание фактов».

Многие проверяющие – неплохие психологи, при выборе «жертвы» не только руководствующиеся ее должностью, но и применяющие физиогномику. Безответность, неуверенность и слабохарактерность – приветствуются. Точно так же, как и семейные неурядицы (их наличие тоже можно «считать с лица»). Так что особо впечатлительных и нервных сотрудников, которых одно лишь удостоверение полицейского приводит в трепет, во время проверки можно попытаться потихоньку отправить домой под благовидным предлогом. Вряд ли кто-то станет их задерживать.

Разумеется, характеры сотрудников не переделаешь, но попытаться вселить в них определенную уверенность можно. К примеру, провести инструктаж о правильном поведении на допросе. Чтобы не боялись того, чего бояться не следует и одним неосторожным словом не осложнили жизнь себе и окружающим. Научить их говорить так, чтобы не сказать ничего – о схемах выплаты зарплат, о цепочках контрагентов и т. д.

Уловок проверяющих, как и методов противостояния оным, великое множество, всего не охватишь. Так что пройдемся по ключевым аспектам:

  • согласно статье 51 Конституции РФ свидетель имеет право вообще не давать показаний. Если все же решили отвечать, имейте в виду: несмотря на то, что информация, полученная в ходе опроса, не является доказательством по уголовному делу, следователь может использовать ее, чтобы найти подтверждающие вашу вину факты. Так что стоит попытаться найти «золотую середину», – рассказать то, что известно, при этом сформулировав информацию таким образом, чтобы не возникало сомнений в честности компании. Помните: вызов в качестве свидетеля может означать не только то, что вы свидетель каких-то событий, но и то, что вы – потенциальный обвиняемый. Так что не стройте ложных иллюзий;
  • на предложение следователя «рассказать все, что знаете» отвечайте вежливым, но категорическим отказом. Требуйте конкретики. Не говорите ничего о том, о чем вас не спрашивали – затянет;
  • по версии следователя, сам факт взволнованного состояния человека является чуть ли не составом преступления. Старайтесь сохранять спокойствие и невозмутимость. Не спешите с ответами. Если на любой вопрос вы будете отвечать после небольшой паузы, следователь не сможет определить, о чем вы говорите охотно, а о чем пытаетесь умолчать;
  • отвечайте на вопросы по возможности односложно: да, нет. Не пускайтесь в пространные объяснения. Помните, фразы типа «Затрудняюсь ответить» или «Точно не помню» можно произносить бессчетное количество раз. Именно ими целесообразно «блокировать» вопросы о том, почему выбрали именно этого контрагента, кто подписывал договоры, каким образом происходила передача товара, как он доставлялся и где хранился;
  • каким бы несуразным не показался вам вопрос следователя, не состязайтесь с ним в остроумии – он все равно вас переиграет;
  • следователь не вправе задавать наводящие вопросы, то есть вопросы, в которых уже заложен ответ: «И тут ваш гендиректор расписался за руководителя фирмы “Ромашка”, да?»;
  • прочитав протокол, не спешите его подписывать, подумайте, не искажен ли смысл сказанных вами слов. Можете собственноручно записать в протокол ваши замечания по проведению допроса. После этого поставьте прочерки во всех пустых строчках;
  • вы имеете право вообще отказаться от подписи протокола. В этом случае следователь попросит вас объяснить причину отказа и сделает в протоколе соответствующую запись. Присутствие понятых при этом не требуется;
  • заметив ошибку следователя в оформлении протокола (к примеру, искажены ваши персональные данные), не стоит уведомлять об этом «автора-составителя». В дальнейшем вы сможете использовать их в суде, чтобы признать допрос незаконным;
  • протокол стоит обезопасить от подделки. Прочитайте каждую страницу текста. Все, что вас не устраивает, просите переписать либо укажите в конце, что с такой-то строкой на странице N... не согласны. Подпись лучше ставить не только в конце протокола, но и визировать каждый листок. Не стесняйтесь выразить несогласие, помните, что каждая деталь может быть использована против вашей компании. Так что пресекайте «свободу творчества» дознавателей – это в ваших силах.

Корреспондент «ПБ» Сергей Данилов

Электронная версия журнала
«ПРАКТИЧЕСКАЯ БУХГАЛТЕРИЯ»

Лучшее предложение для тех, кому нужен минимальный бюджет и практическая информация по учету и налогам.

Узнать подробнее


Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное

Комментарии (0)


    Оставить комментарий


    Введите код с картинки:

    CAPTCHA