Утилизация документов

Что греха таить, с утилизацией отходов даже при отлаженном, на первый взгляд, процессе проблемы возникают постоянно. И чаще всего они так или иначе касаются определения того, кто, собственно, обязан «наводить чистоту». Казалось бы, ответ на вопрос: «Кто должен утилизировать ставший ненужным товар?» – напрашивается сам собой – конечно же, собственник. Или компания-исполнитель, с который последний подписал соглашение о передаче и вывозе «залежалой» продукции. Однако если к такому соглашению не будет приложено несколько бумаг, поименованных в этом же договоре, то все обязанности по утилизации ставших никому не нужными вещей, от собственника-заказчика ни к кому не перейдут.

Именно такая история произошла с организацией ОАО «РЖД» и одной из питерских портовых компаний. Планируя долгосрочное сотрудничество, они составили регламент взаимодействия, зафиксировав в нем порядок работы по подаче, расстановке на места погрузки, выгрузки и уборки вагонов с железнодорожного пути порта. Через некоторое время после подписания документа, на причальную набережную, находящуюся на территории склада портового предприятия, были выгружены старые деревянные шпалы (которые, к слову, заняли значительную часть территории). А через некоторое время после оформления регламента железнодорожная компания заключила договор оказания услуг по утилизации шпал, негодных к повторной укладке, с фирмой «ТрансЭко», по которому последняя являлась исполнителем. Согласно данному документу, все экологические риски, связанные с хранением и утилизацией старогодных шпал, переходят от заказчика к исполнителю с даты подписания последним товарно-транспортной накладной.

Соответственно, когда портовая компания потребовала вывезти предназначенный для утилизации громоздкий «мусор», представители железнодорожного предприятия объявили, что такие вопросы следует адресовать не им, а компании «ТрансЭко», т.к. именно она теперь наделена полномочиями по проведению утилизации. Однако, последняя к «уборке территории» тоже приступать не со биралась, и портовой организации ничего не оставалось делать, как обратиться в арбитраж с требованием очистить свою складскую территорию в судебном порядке. В исковом заявлении фирма указала, что правовые основания для размещения шпал на ее складе отсутствуют, а также на то, что «РЖД» не принимает мер по ее освобождению.

Важные, но… неподписанные

Изучая материалы дела, арбитры сразу же отметили, что «камнем преткновения» здесь является факт подписания сторонами «утилизационного» соглашения товарных накладных и актов приема-передачи утиля. Они выяснили, что, согласно одному из пунктов соглашения, передача заказчиком исполнителю и вывоз последним старогодных шпал с территорий производственных баз заказчика оформляется актом приема-передачи товарно-материальных ценностей и товарно-транспортными накладными, составленными в соответствии с приложением к контракту. Далее, к факту, точнее – к дате подписания накладных и акта «привязывается» и переход от железнодорожников к компании-исполнителю права собственности на непригодные для использования шпалы, а также все экологические риски, связанные с их хранением и утилизацией. Так вот, изучив все существующие бумаги, ни подписанных сторонами актов приема-передачи, ни товарно-транспортных накладных, судьи не обнаружили! Вернее, накладных в деле не было абсолютно никаких, а подписанный акт имелся. Но! В качестве исполнителя в нем значилась фирма «ЭкоТранс», а не «ТрансЭко», с которой железнодорожное предприятие заключало договор.

«Хочу обратить внимание читателей на то, что подобное расхождение «теории с практикой» случается довольно часто, – признает московский адвокат Сергей Воронин. – И в таких случаях подписание актов приема-передачи имущества при отсутствие фактических действий сторон, направленных на выбытие отчуждаемого имущества из владения собственника, и поступление его в пользование приобретателя, увы, не свидетельствует о переходе права собственности. Об этом говорит и арбитражная практика – например, постановление ФАС Западно-Сибирского от 19.07. 2011 г. по делу № А75- 10245/2010».

Возвращаясь к рассмотрению «нашего» дела, служители Фемиды как в первой, так и в апелляционной инстанции безоговорочно поддержали требования представителей порта и обязали железнодорожников освободить складскую территорию от утиля (решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.06.2014 г. и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2014 г. по делу № А56-64959/2013).

Однако «РЖД» такой расклад не устраивал. Они решили обжаловать решение в кассации и указали, что их организация здесь – вообще не при чем. Безусловно, они ни в коем случае не оспаривают факт размещения на складе открытого хранения старых шпал. Но ведь они ими больше не распоряжаются, а полномочия по их утилизации принадлежат компании «ТрансЭко» на основании договора. Соответственно, все вопросы по «очищению» территории открытого склада следует адресовать именно этой организации.

Никто ничего не передавал!

Но и судьи кассационной инстанции также не нашли оснований для отмены ранее принятых судебных актов. В своем постановлении они пояснили, что, согласно пункту 1 статьи 235 ГК РФ, право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, а возникает, как правило, с момента его передачи (п. 1 ст. 223 ГК РФ). Соответственно, такая передача должна быть ознаменована подписанием определенного документа, и согласно договору об оказании услуг по утилизации, это должны были быть товарно-транспортные накладные. Но, поскольку, как было выяснено уже в первой инстанции, такие бумаги подписаны не были, компания-ответчик стала утверждать, что о выполнении работ по утилизации в полной мере свидетельствуют акты выполненных работ и счета-фактуры. Однако кассационные арбитры и здесь огорчили железнодорожников. Они пояснили, что счета-фактуры не могут служить полноценным подтверждением того, что утилизация была осуществлена. Что же касается «подписанного» акта, – то да, он действительно имеется в материалах дела. Но, поскольку в нем говорится о работе фирмы-ответчика с совершенно другой организацией, нежели та, которой железнодорожники якобы передали право собственности на утиль. К тому же, как уже неоднократно подчеркивалось, – фактически шпалы-то до сих пор не убраны! Т.е. в данном случае говорить о «юридическом» исполнении контракта и пытаться подтвердить это бумагами, в то время когда «картина за окном» свидетельствует об обратном – откровенно некорректно и даже неуместно.

Федеральные арбитры сделали вывод, что «РЖД» не смогла убедить их ни в том, что она не является собственником «мусора», ни в том, что она освобождена от обязанности по очистке территории портовой организации, поскольку доказательств возникновения на него права собственности у «ТрансЭко» у нее нет. Служители Фемиды решили, что их коллеги из первой и апелляционной инстанции рассмотрели спор правильно и отменять их решения было бы неверно (постановление ФАС Северо-Западного округа от 9 февраля 2015 г. по делу № А56- 64959/2013).

Анна Мишина, для журнала «Расчет»

Если у Вас есть вопрос - задайте его здесь >>

Читайте также по теме:

Новый порядок расчета чистых активов

Подпишись на рассылку