Амортизация интеллектуальной собственности

12.09.2011

Не секрет, что в России, как и во всем мире, в настоящее время широко развита купля-продажа предметов интеллектуальной собственности. Как правильно сформулировать условия договора, покупая такой необычный товар, чтобы сэкономить на налогах?

Действующие нормы 

Не секрет, что в России, как и во всем мире, в настоящее время широко развита купля-продажа предметов интеллектуальной собственности. В нашей стране такой оборот опосредуется, регулируется нормами четвертой части Гражданского кодекса РФ, которая носит название «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации». При этом Гражданский кодекс (в частности, ст. 1225) делит объекты интеллектуальной собственности на результаты интеллектуальной деятельности как таковые (это, например, произведения науки, литературы и искусства, программы для ЭВМ, изобретения, ноу-хау и т. д.) и на средства индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий (к ним можно отнести товарные знаки, наименования мест происхождения товаров и т. д.).

При «продаже» объекта интеллектуальной собственности должен быть заключен договор об отчуждении исключительного права на объект интеллектуальной собственности, по которому одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ей исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме другой стороне (приобретателю) (ст. 1234 ГК РФ). 

Проблема «исключительных прав»

С точки зрения налогового учета объект интеллектуальной собственности является нематериальным активом и подлежат амортизации в течение определенного срока. Откуда же он берется? Логично предположить, что организация может амортизировать, то есть учитывать расходы на приобретение объекта интеллектуальной собственности в течение периода, на который передается право на результат интеллектуальной деятельности в отношении соответствующего объекта.

К примеру, патент и свидетельство в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом, удостоверяют правообладание объектом интеллектуальной собственности и имеют срок действия. Поэтому очевидно, что срок, в течение которого организация может пользоваться приобретенным объектом интеллектуальной собственности, не может превышать период действия патента или свидетельства.

Однако если по закону госрегистрации объекта интеллектуальной собственности не требуется (например, художественного фильма), то как же определить период, на который передается право пользования этим объектом? Дело в том, что понятие «срок передачи» вообще неприменимо к отчуждению объектов интеллектуальной собственности. То есть ограничить срок передачи исключительных прав – это все равно что в договоре купли-продажи указать, что право собственности покупателя на товар будет действовать в течение определенного периода, например, пять лет. Подтверждается это и судебной практикой. Пленум Верховного Суда и Пленум ВАС в пункте 13.1 совместного постановления от 26 марта 2009 г. № 5/29 указали, что в договоре отчуждения исключительного права нельзя ограничивать срок передачи исключительных прав. В противном случае такая сделка может быть переквалифицирована судом в лицензионный договор либо признана недействительной.

Следует отметить, что исключительное право на произведение, например, на дизайн-макет, базу данных статей и иллюстраций, литературный роман действует в течение всей жизни автора и в продолжение семидесяти лет, считая с 1 января года, следующего за годом смерти автора (п. 1 ст. 1281 ГК РФ). Но, к счастью, в момент принятия к учету исключительных прав точная дата их прекращения неизвестна. Кроме того, вряд ли организация будет заинтересована в том, чтобы амортизировать нематериальный актив в течение срока, априори составляющего более семидесяти лет. 

Выход есть

Обратимся же к формулировкам Налогового кодекса.

В пункте 2 статьи 258 НК РФ говорится: «…определение срока полезного использования объекта нематериальных активов производится исходя из срока действия патента, свидетельства и (или) из других ограничений сроков использования объектов интеллектуальной собственности <…> и исходя из полезного срока использования нематериальных активов, обусловленного соответствующими договорами».

Для нематериальных активов, по которым невозможно определить срок полезного использования, нормы амортизации устанавливаются в расчете на срок полезного использования, равный 10 годам (но не более срока хоздеятельности налогоплательщика). По таким НА, как исключительное право патентообладателя на изобретение, промышленный образец, полезную модель, программу для ЭВМ, владение «ноу-хау», секретной формулой или процессом и т. п., налогоплательщик вправе самостоятельно определить срок полезного использования, который не может составлять менее двух лет.

Исходя из этих норм, можно констатировать, что если организация приобрела нематериальный актив, который, с одной стороны, не указан в подпунктах 1–3, 5, 6 абзаца третьего пункта 3 статьи 257 Налогового кодекса, то он является тем нематериальным активом, в отношении которого компания вправе самостоятельно определить срок полезного использования, который не может насчитывать менее двух лет. С другой стороны, если этот объект не подлежит государственной регистрации, то есть если на него не выдается патент или свидетельство с указанием срока действия, то нормы амортизации по такому материальному активу должны быть установлены в расчете на срок полезного использования, равный 10 годам.

Обратите внимание на «лазейку», установленную приведенной выше формулировкой пункта 2 статьи 258 НК РФ. Там говорится, что определение срока полезного использования объекта нематериальных активов может также обуславливаться соответствующими договорами. Коль скоро срок полезного использования обуславливается соответствующими договорами, то вполне очевидно, что можно вести речь о договорах об отчуждении исключительного права на объект интеллектуальной собственности. Гражданское законодательство не определяет, что такое «срок полезного использования нематериального актива», регулирующий договоры данного вида.

Но указанное законодательство РФ и не содержит ограничений по части того, чтобы в договоре об отчуждении исключительного права был установлен срок полезного использования объекта интеллектуальной собственности. Скорее всего, сам факт указания в контракте об отчуждении исключительного права на объект интеллектуальной собственности, например, на художественный фильм, срока полезного использования данного объекта никак не повлияет на гражданско-правовые отношения между правообладателем, то есть тем лицом, которое продает фильм, и приобретателем.

Но наличие в договоре единственной фразы о том, что срок полезного использования данного фильма составляет период, равный, например, одному году и шести месяцам, даст формальное основание амортизировать исключительные права на данный фильм в срок, более короткий, чем 10 лет. Такой «сокращенный» срок амортизации зачастую является более целесообразным с точки зрения законов экономики, особенно в отношении тех объектов интеллектуальной собственности, которые очень быстро «морально устаревают», как, например, художественные фильмы и художественная литература «легкого» жанра.

Мария Овсянникова, эксперт журнала "Расчет"

Практическая энциклопедия бухгалтера

Все изменения 2018 года уже внесены в бератор экспертами. В ответе на любой вопрос у вас есть всё необходимое: точный алгоритм действий, актуальные примеры из реальной бухгалтерской практики, проводки и образцы заполнения документов.

Узнать подробнее


Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное