Тайна исповеди: кому нельзя говорить лишнего

Тайна исповеди: кому нельзя говорить лишнего

11.07.2006

Еще в конце XVIII столетия императрица Екатерина II говорила: «В России все секрет и ничего не тайна». Несмотря на то что на дворе уже давно XXI век, ее слова продолжают находить подтверждение. 17 мая Федеральная антимонопольная служба сообщила, что в начале июня обнародует так называемый белый список банков. В него войдут те, кто любезно делится с государством самой сокровенной для фирм информацией.

Секрет Полишинеля

Антимонопольная служба 5 июня опубликует на своем сайте весьма интересный список банков. В него войдут те кредитные организации, которые применяют рекомендации по раскрытию информации при предоставлении потребительских кредитов. Напомним, эти рекомендации совместно издали ФАС и Центробанк 26 мая прошлого года. Сегодня известно о том, что 36 банков полностью и 6 частично применяют данные рекомендации.

Бухгалтеров как потребителей такая публичность может только радовать. А вот в профессиональном плане подобная открытость заставляет задуматься. Особенно в свете государственной борьбы с отмыванием «грязных» денег.

Смутные сомнения компаний по поводу банковской тайны 22 мая подтвердил заместитель руководителя Федеральной службы по финансовому мониторингу Дмитрий Скобелкин. На конференции «Актуальные вопросы и современные тенденции развития системы противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма в финансовом секторе России» он рассказал, что большинство банков добросовестно передают в Росфинмониторинг информацию об операциях, вызывающих подозрение в отмывании преступных доходов. Причем количество сведений, предоставляемых такими осведомителями, ежегодно растет. Только в прошлом году банки сообщили о трех миллионах сомнительных сделок на общую сумму в 25 триллионов рублей. Лишь 20 отечественных банков не дали никакой информации за прошлый год. Радостно потирая руки, замглавы Росфинмониторинга подчеркнул на конференции, что сегодня в базе данных ведомства содержатся сведения более чем о семи миллионах операций, подлежащих контролю.

— После получения информации мы передаем ее в Банк России. Затем уже он проводит проверки банков. Число уголовных дел по статьям 174 и 174.3 Уголовного кодекса выросло в три раза. Изъято большое количество денег, не подтвержденных никакими документами. Кроме того, составлен список подозрительных лиц, доведенный до банков. В него вошли 1600 граждан и 130 организаций, которым не следует доверять.

И это лишь кредитные организации, а ведь доносят о подозрительных денежных перемещениях не только они. Ряды добровольных осведомителей медленно, но верно пополняют адвокаты, аудиторы и нотариусы. Но стоит ли в действительности бояться предприятиям, что их секреты будут обнародованы?

Профессия «дятел»

16 ноября 2005 года появились изменения к Закону «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». С момента их вступления в силу многих стал волновать вопрос: что же теперь будет с адвокатской, аудиторской и прочими тайнами?

Неужели каждый аудитор, который проводил проверку на вашем предприятии, повинуясь своему гражданскому долгу, отправит копию аудиторского отчета в налоговую? А адвокат, после того как вы ему «как на духу» расскажете о своих проблемах, поднимет трубку, наберет номер ФНС и скажет: «Только что у меня был очень подозрительный тип. Записывайте координаты...»?

Что делать в такой ситуации? Может, больше не обращаться ни к каким специалистам в страхе, что все ваши тайны станут достоянием компетентных органов? Попробуем разобраться в этой проблеме и понять, так ли уж сильно изменения к закону осложнили жизнь столичных предприятий.

Давайте сразу возьмем за основу, что ваша фирма — самый обычный налогоплательщик, а не пособник террористов и не содержатель наркопритона. С последними разговор особый, и ограждать мирных граждан от их деятельности — прямая задача государства. Любой нормальный человек, конечно, не станет скрывать от правоохранительных органов информацию, действительно касающуюся преступников.

Итак, прочтите внимательно название закона. Речь идет о терроризме и доходах, полученных преступным путем. То есть о статьях 174 и 205.1 Уголовного кодекса. Очень сомнительно, что содержание бухгалтерских документов рядовой фирмы может хотя бы отдаленно напоминать что-либо подобное. Особенно специалисту. Считаете, чем черт не шутит? Тогда давайте разбираться дальше.

С какой целью я их позвал?

Если вы задаетесь именно этим вопросом, то для начала вспомните, из каких соображений кроме «производственной необходимости» вы исходили, когда обращались к аудиторам или приглашали адвоката для участия в судебном процессе. Почему раньше не беспокоились за сохранность своих тайн?

Прежде всего и адвокаты, и аудиторы связаны профессиональной тайной по отношению к своим клиентам. Для первых это закреплено в статье 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Пункт 1 данной статьи звучит так: «Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю». Для вторых существует Федеральный закон «Об аудиторской деятельности». В статье 8 закона прописано, что представляет из себя аудиторская тайна. Текст там по сути похожий: «Аудиторские организации и индивидуальные аудиторы обязаны обеспечивать сохранность сведений и документов, получаемых и (или) составляемых ими при осуществлении аудиторской деятельности, и не вправе передавать указанные сведения и документы или их копии третьим лицам».

Одна из причин, почему создан «тайный институт» для адвокатов и аудиторов, такова. Зная информацию, которую клиент дает о себе представителям этих двух профессий, можно проникнуть в его финансовую логику, разгадать, какие он использует схемы для оптимизации налоговых платежей. Ну а возможность допросить в качестве свидетеля адвоката или аудитора для представителей компетентных органов вообще была бы решением всех проблем. Но закон это запрещает.

В отношении адвокатов пункт 2 статьи 56 Уголовно-процессуального кодекса вводит прямой запрет. Норма звучит так: «...не может быть допрошен адвокат, защитник подозреваемого или обвиняемого об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью».

Что касается аудиторов, то теоретически получить от них необходимые сведения налоговая инспекция может. Но сделать это очень трудно. Пункт 4 статьи 8 Закона «Об аудиторской деятельности» предусматривает целую процедуру получения «...документов, содержащих сведения об операциях аудируемых лиц и лиц, с которыми заключен договор оказания сопутствующих аудиту услуг».

Сначала «заинтересованным лицам или органам государственной власти» надо добыть решение суда о том, что «сведения взять можно». Однако эту бумагу любая аудиторская компания имеет право оспорить в вышестоящем суде. Таким образом, процедура затягивается либо до бесконечности, либо до потери актуальности тех вопросов, на которые истребуемые документы могли бы пролить свет.

Итак, причин доверять свои тайны адвокатам или аудиторам и не беспокоиться за их сохранность предостаточно. Но откуда тогда и в Законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации», и в Законе «Об аудиторской деятельности» есть упоминания об ответственности, которая грозит представителям этих профессий за разглашение соответственно адвокатской или аудиторской тайны? Скорее всего из жизни, ведь от непорядочных людей и длинных языков не застрахован никто. И, несмотря на все «законные тайны» и ограничения, могут найтись причины сообщить, например, в налоговую о том, что вы не на сто процентов честны с государством. Но это теоретически. На практике таких случаев почти не встречается. Во всяком случае, в опрошенных нами на этот предмет налоговых инспекциях ничего подобного вспомнить не смогли.

На вопросы не отвечаем

Так что же изменилось теперь? Процент непорядочных людей в массе специалистов вряд ли увеличился, их всегда примерно равное число. А вот могли ли изменения к закону простимулировать чувство гражданского долга у представителей этих двух профессий? Это сомнительно. И вот почему.

В изменениях к закону о противодействии легализации доходов сказано: если у адвокатов или аудиторов появляются сомнения, что сделка незаконна, они обязаны сообщить об этом в уполномоченный орган. Однако конституционного принципа состязательности и равноправия сторон в судебном споре никто не отменял (ст. 123 Конституции). А то получается, что адвокат сначала сообщает все подробности о своем клиенте «куда надо» , а потом он же защищает его в суде. Комедия абсурда! Но разберемся подробнее.

Если адвокат или аудитор «обязаны сообщить», то вполне логично предположить, что те самые «упол-номоченные органы» могут использовать такое «сообщение» в качестве свидетельских показаний. Данная мысль следует из статьи 56 Уголовно-процессуального кодекса. Там сказано: свидетель — это «лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела». Как раз наш случай. Вот здесь и наступает то самое «но».

Слова аудитора сами по себе, без подтверждающих документов, мало что значат, а сложность процедуры получения бумаг уже была описана выше. Адвоката же просто нельзя допросить в качестве свидетеля. И адвокатская тайна, о которой говорится в пункте 5 закона о противодействии легализации доходов, тут совсем ни при чем.

Та же статья 56 Уголовно-процессуального кодекса в пункте 2 подпункте 2 гласит, что адвокат «не подлежит допросу в качестве свидетеля... об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи». Напомним, что юридическая помощь — это не только выступление в суде, а весь комплекс услуг, на которые у вас заключен договор с адвокатом. То есть если ваше соглашение постоянно действующее, то общение с представителем этой профессии по поводу налогов входит в понятие «юридическая помощь».

Кодекс имеет приоритет над федеральным законом. Таким образом, получается, что сообщить-то он должен, только в качестве кого? А если адвокат все-таки стукнет, то его слова уже будут доказательствами, полученными незаконным путем, и, следовательно, быть признаны допустимыми не могут.

А зачем им это надо?

Кроме того, не следует забывать, чем именно занимаются аудиторские компании, адвокаты, нотариусы и т. д. Словом, все, кто так или иначе может проникнуть в ваши финансовые тайны. Как говорил Андрей Миронов в фильме «Обыкновенное чудо»: «Уважаемые люди деньги зарабатывают». Для этого представителям тех профессий, которые связаны с привлечением к себе клиентов, просто необходима безупречная деловая репутация. А что от нее останется, если каждый раз, когда, например, аудиторы обнаружат в ваших бухгалтерских документах ошибки, третьими лишними станут налоговики? Фирма заплатит штраф, и на этом для нее все закончится, а вот аудиторы последствия своей активной гражданской позиции могут расхлебывать долго.

Так что от непорядочности никто, конечно, не застрахован, но аудиторам и адвокатам можно вполне доверять, как и раньше. Вряд ли они путают своих «баранов» с государственными. Чего не скажешь о банках. Даже если они не хотят стучать на вас добровольно, существует большая вероятность, что их вынудят к этому обстоятельства. К тому же можно просто оказаться не в том банке не в то время. Если кредитная организация попалась на одной операции с отмыванием, контролеры будут автоматически проверять всю ее деятельность. Кстати, в результате у банка могут отобрать лицензию, тогда плакали денежки родного предприятия. Это косвенно подтверждает и директор департамента финансового мониторинга и валютного контроля Банка России Елена Ищенко:

— Из 797 кредитных организаций, про-веренных в прошлом году, 95 процентов нарушают закон о противодействии легализации преступных средств. 284 банка оштрафованы, 238 запрещено ведение некоторых видов операций, а у 14 отобраны лицензии. Уже в этом году были отозваны лицензии у 16 банков.

Данная информация заставляет задуматься. Однако в панике хвататься за голову не стоит. Лучше, пока есть время, проверьте всех своих контрагентов. Кроме того, бухгалтерам пора наконец трезво оценить, можно ли вашу схему оптимизации принять за уход от налогов. Не исключено, что в будущем это спасет вас и от сумы, и от тюрьмы.

ЛЬГОТНЫЕ КАРТОЧКИ

В рамках борьбы с легализацией (отмыванием) средств, полученных преступным путем, власти иногда используют и нетривиальные методы. В частности, в Госдуме планируют сделать обязательным для фирм переход на безналичные расчеты. Об этом объявил заместитель председателя банковского комитета Госдумы Анатолий Аксаков.

Предприятия по решению местных властей вынуждены будут принимать к расчету за товары и услуги пластиковые банковские карты. Правда, смягчить значительные затраты депутат обещал существенными налоговыми льготами. Например, сэкономить фирмам удастся на налоге на прибыль и налоге на имущество.

Аксаков рассказал, что банки с самого начала отнеслись к идее обязательного приема пластиковых карт в магазинах и на предприятиях сферы услуг положительно. В отличие от кредитных организаций представители торговой сферы восприняли ее как горькую пилюлю. Но депутат уверен, что инициативу в конечном итоге оценят все, ведь от этого никто не пост- радает. «Предоставление налоговых льгот должно убедить предпринимателей в выгодности установления оборудования для безналичного расчета с покупателями, — заявил Аксаков. — К тому же снижение налогового бремени позволит им не поднимать цены на товары и услуги».

ПАРЛАМЕНТ НЕ ДРЕМЛЕТ

В следующем году банки станут информировать государство о каждой своей операции обналичивания средств на сумму свыше 15 тысяч рублей, включая обмен валюты. 22 мая заместитель председателя комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам Анатолий Аксаков сообщил, что уже в июне в Думу будет внесен законопроект с соответствующим содержанием. Таким образом парламентарии намерены бороться с отмыванием денег. Аксаков рассказал, что первоначальная сумма была в несколько раз больше, но в ходе обсуждений планка снизилась до 15 тысяч рублей. Правда, сам депутат считает подобное ограничение неправильным.

— Это неэффективно. Невозможно отследить все операции такого объема. Сумма должна составлять минимум 3 тысячи долларов. Бывают ситуации, когда просто невозможно расплатиться карточкой. Например, в автосалонах при покупке машины требуют наличность.

Документ разрешит банкам расторгать договоры с клиентами в одностороннем порядке. Причем сразу, как только возникнут подозрения в отмывании средств. Помимо этого кредитные организации смогут отказать фирме в открытии счета без указания причины. Кроме того, первым позволят идентифицировать своих клиентов.

Законопроект разработан совместно Ассоциацией российских банков, Росфинмониторингом и Центробанком и нацелен снискать расположение Международной организации по борьбе с легализацией преступных доходов. Документ должен соответствовать последним международным рекомендациям, считают чиновники.

Такого же мнения придерживается и председатель Конституционного Суда Валерий Зорькин. Выступая в Совете Федерации 22 мая, он предложил ввести такой вид наказания, как конфискация имущества. Отбирать добро Зорькин планирует у организаций и граждан, замешанных в коррупции и оказывающих финансовую поддержку терроризму. По словам судьи, «к этому нас обязывает международная конвенция».

Ирина Черновалова, Елена Березина

Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное