Сэкономить цент – значит заработать его

Сэкономить цент – значит заработать его

25.04.2006

Под таким девизом прожила свою жизнь одна из самых богатых и странных женщин мира, американка Генриетта ГРИН.

Для «белых воротничков» Америки 21 ноября – день особенный. Он ознаменован рождением самой известной миллионерши-финансистки Генриетты Грин. Она успела прославиться своей исключительной скупостью, за что даже попала в Книгу рекордов Гиннесса. «Ведьма Уолл-стрит» – так называли ее окружающие то ли за ведение аскетичного образа жизни, то ли за ее бессменное черное платье. Когда в 1998 году журнал «Американское наследие» опубликовал список сорока самых богатых людей в истории США, Гетти Грин оказалась в топ-листе единственной женщиной и заняла 36-е место. Ее биография была удостоена почетного права быть опубликованной.

Все началось с квакеров

Чтобы понять, как была сформирована система мышления нашей героини, нужно обратиться к самым истокам, к ее родственным связям, которые тянутся к обществу квакеров (от английского слова quake – трепетать, дрожать. Именно в такое состояние приходили люди во время проповеди). Это религиозное общество основал в Англии в середине XVII века некто Джордж Фокс. Как это обычно бывает с духовными лидерами, на Фокса снизошла благодать, после чего он посмотрел на мир совершенно другими глазами и понял, что устройство оного неправильно. Он кричал об этом на каждом углу, за что и поплатился. Фокс и его последователи были осуждены и отправлены за решетку. Квакеры стали изгоями, их не терпели ни в университетах, ни в каких-либо других учреждениях. Поэтому единственная ниша, которую они могли занять и хоть как-то просуществовать, было частное предпринимательство. А именно – китобойный и рыболовный промысел. Бизнесмены-квакеры вскоре покинули Англию и переместились на восточное побережье Америки, где основали город Нью-Бедфорд. Считалось, что их успех целиком и полностью зависел от религиозных канонов, которых они придерживались. Например, заповедь о честности предполагала отказ от всех ценовых манипуляций. Квакерам запрещалось спекулировать и торговаться. Они, не раздумывая, называли цену, какую считали справедливой, чем сводили с ума индейцев и евреев – любителей вести торги.

Предать идею во имя денег

Помимо честности «Религиозное общество друзей», так называлась община квакеров, проповедовало принципы простоты, общинности, миролюбия и равенства. Однако китобойный промысел вскоре заставил квакеров поменять свои приоритеты и поступиться религиозными убеждениями. В попытках заработать как можно больше, они были готовы пойти на что угодно. Китобойный промысел считался очень опасным и жестоким занятием, которое, однако, приносило огромный доход: в среднем 15 процентов годовых, реже – 25. Судно китобоев уходило в плавание на три-четыре года, за это время квакер успевал отлавливать китов, а потом складировать их туши в трюме. Если китобою везло, он не попадал по дороге в шторм, тайфун, не разбивался насмерть, а возвращался домой целым и невредимым. Чтобы обезопасить свой экстремальный бизнес, квакеры каждое судно оформляли как отдельную компанию с собственным финансированием, распределением прибыли и ответственностью. Кроме того, каждую экспедицию приходилось обязательно страховать. Это сильно ударяло по карману и вынуждало экономить на каждом центе, а порой предпринимать экстремальные шаги. К примеру, матросы после долгого плавания в предвкушении долгожданной получки частенько выпивали, и кого-то одного случайно забывали на необитаемом острове. А потом на берегу забирали страховку. Вот так разрушались традиции искренних квакеров и начиналась эпоха квакеров-миллионеров.

Задатки финансиста

Родители Генриетты Грин были квакерами и китобоями. Они четко следовали всем заповедям и дочь приучали к тому же. Их семейным достоянием был китобойный флот. Еще при жизни деда – Гедеона Робинсона, владельца семейной компании, Генриетта пропадала с ним на верфях, обходя вместе с ним его суда и товарные склады. А когда зрение стало подводить деда, он сажал семилетнюю внучку на колени и просил зачитывать вслух газетные сводки финансовых новостей. Уже тогда, в столь юном возрасте, Гетти отличала акции от облигаций и разбиралась в колебаниях рынка. В восемь лет она открыла свой сберегательный счет в банке, куда регулярно носила по 10 центов, а то и по 25. Это было вознаграждение за мелкие услуги.

В 13 лет девочка была настолько сильна в финансовых делах, что могла самостоятельно вести семейную бухгалтерию. Кроме того, она вместе с отцом посещала порт, следила за погрузкой и разгрузкой, проверяла судовые журналы, финансовую отчетность. К двадцати годам она сформировала своего рода кредо, которому четко следовала до конца своих дней. «Жизнь — нескончаемая борьба; у человека не бывает друзей; деньги — начало и конец мироздания, а Бог хоть и есть, но сидит высоко и ни во что не вмешивается».

Бедная родственница

Первой финансовой неудачей одаренной Гетти была смерть деда. Дело в том, что старик не завещал ей ни цента. Это крайне расстроило ее. И она решила, что больше денежных провалов в своей жизни она не допустит. Однако впереди ее ждало еще одно потрясение. После смерти отца Гетти получила все его активы, но управление ими покойный завещал специальным регентам. Дочери «чистыми» достались лишь 900 тысяч из 7,5 миллиона долларов. У Гетти была еще одна надежда – наследство ее тети Сильвии, которая некогда обещала передать племяннице четыре миллиона долларов. Но и та, после завещания отца Гетти, вдруг передумала и перед смертью распределила свое наследство между третьестепенными родственниками. Генриетте достались лишь проценты от коммерческого фонда. К тридцати годам она лишилась последней возможности унаследовать крупное состояние, но вопреки всему не собиралась сдаваться и затеяла судебную тяжбу. Гетти представила якобы ранее написанное теткой завещание с подлинной подписью, по которому наследство безоговорочно переходило в руки племянницы. В истории Америки это было самое долгое и громкое наследственное дело. В конце концов через шесть лет суд отказал в иске и постановил выплатить Гетти только набежавшие за этот период 660 тысяч долларов – проценты от коммерческого фонда покойной тетушки.

Город в кошельке

Финансовую деятельность Гетти начинала постепенно. Еще в молодости она стала объектом сплетен и разговоров. Поговаривали, что, устраивая домашние приемы, еще до ухода последнего гостя она начинала тушить свечи. А на следующий день продавала огарки. Однажды отец Гетти отправил ее в Нью-Йорк, дав тысячу долларов на приобретение подобающей одежды. Вскоре дочь вернулась в том же одеянии, что и уезжала. Оказалось, что деньги на платья она вложила в банковские акции.

После смерти отца деньги, которыми Гетти могла распоряжаться, она инвестировала в облигации Гражданской войны. Это помогло ей удвоить свой капитал, ведь дефолт, который часто сопровождает окончание войны, не случился.

Когда Гетти вышла замуж за Эдварда Грина, представителя богатой вермонтской семьи, и родила детей, она стала с двойным рвением заниматься финансово-инвестиционной деятельностью. Женщина скупала акции и облигации самых динамичных компаний: железных дорог, сталелитейных заводов, нефтяных вышек и золотых приисков. Она спонсировала государственные и муниципальные проекты, кредитовала одни банки и пускала по миру другие, просто закрывая свои счета.

Нью-Йорк практически был у нее под каблуком, ведь он четыре раза смог избежать банкротства только благодаря кредитам Гетти. Финансисты страны следили за каждым ее шагом и делали прогнозы только по результатам ее финансовых операций. Они знали, что если Гетти сегодня покупает акции, значит, завтра они подскочат в цене.

Имя Генриетты Грин навсегда стало спутником Уолл-стрит.

Старуха-процентщица

В 1907 году Америка пережила Великую биржевую панику. Банкротство постигло многих биржевых игроков и брокеров. И лишь Гетти Грин оставалась на Уолл-стрит единственным финансистом со свободными капиталами. Под долговые обязательства попали практически все крупнейшие трейдеры и биржевики. Они были в сильных руках Гетти. Она продолжала скупать недвижимость по всей Америке, в ее владении находились огромные земельные участки и целые городские кварталы.

Помимо этой сумасшедшей зависимости Гетти обуревала еще одна страсть – ростовщичество. В этом деле никто не мог с ней сравниться. Она следовала простому, но очень честному правилу: никогда не отпугивать клиентов высоким возвратным процентом, даже если должник переживает тяжелый биржевой кризис. Именно тогда кредитор всегда останется в выигрыше. В одном из интервью она поделилась своим очередным принципом, которым пользовалась, ведя ростовщическую деятельность: «Следует всегда дешево покупать, дорого продавать, сочетая это правило с тремя простыми вещами – проницательностью, упорством и бережливостью».

Гетти и Налоговое управление

Генриетта Грин не отличалась чрезмерной любвеобильностью и добротой. Порой казалось, что у нее совсем нет чувств и она ничего и никого не может любить, разве только деньги. Такое ощущение, что в ее глазах отражались нули от гигантских счетов. В мире для нее существовало две категории профессиональных людей, к которым Гетти питала стойкую неприязнь. Это врачи и налоговые инспекторы. Она делала все возможное, чтобы реже общаться с первыми и исключить встречи со вторыми. Гетти часто меняла место жительства, при этом, несмотря на скупленную недвижимость, постоянного не имела. Разведясь с мужем, она вместе с детьми ютилась в номерах гостиниц. Таким образом она уходила от всевидящего ока американского Налогового управления. В те времена законодательство о налогах было противоречивым, оно разнилось в зависимости от штата. Об этом Гетти, конечно же, знала и использовала законы в своих целях. Так как в Нью-Йорке ставки налогов были одними из самых высоких в стране, Гетти выбрала для своего кочевого образа жизни соседний штат Нью-Джерси. Можно себе представить, каким ударом оказалась для миллионерши 16-я поправка к Конституции, согласно которой был установлен единый и жесткий порядок взимания подоходного налога.

Рекордная скупость

Экономия, которая сделала Генриетту популярной и благодаря которой она попала в Книгу рекордов Гиннесса, проявлялась с самого детства и со временем переросла в своего рода манию, болезнь. Чтобы доказать детям, как работает ее любимый девиз «сэкономить цент – значит заработать его», Гетти каждую неделю водила детей в магазин и торговалась с продавцами до последнего. Газеты с биржевыми сводками финансистка покупала в расчете на то, что после прочтения сможет их либо продать, либо использовать в целях экономии в качестве подкладки для зимней одежды. Если, например, в аптеке лекарство стоило пять центов и емкость для него стоила столько же, то Гетти приносила из дома свою «тару».

Жертвой ее неимоверной скупости стал сын Нэд. Когда ребенок травмировал ногу, она вместе с ним отправилась на поиски бесплатных врачей. Однако здесь против Гетти сыграла ее собственная популярность. Врачи узнавали богачку и отказывались от благотворительности. В конце концов, оставив Нэда на домашнем лечении, скупая мать только усугубила положение сына, и в результате мальчику ампутировали ногу.

Причуды «ведьмы Уолл-стрит»

Рабочим офисом Генриетте служил вестибюль одного из крупнейших национальных банков страны. Нет, она не арендовала его, она пользовалась им совершенно бесплатно. Гетти располагалась за столом, недалеко от банковских окошек. Посетители могли наблюдать следующую картину. За стол к ней поочередно подсаживались респектабельные мужчины, и после короткого разговора между оппонентами происходил обмен купюрами. При этом сделка не сопровождалась никакими записями. Своего рода сейфом для хранения денег были глубокие карманы, пришитые к внутренней стороне юбки. В полдень Гетти покидала свое рабочее место и шла в соседний офис к знакомому брокеру, у которого с самого утра на батарее разогревалась ее овсянка. Генриетта говорила, что каша придает ей силы, чтобы давать отпор волкам Уолл-стрит.

В последние годы жизни Генриетта переживала еще одну болезнь – манию преследования. Страх покушения на ее жизнь не давал покоя. Она получила лицензию на ношение оружия и никогда не расставалась с ним, а к знакомым всегда ходила со своей собственной едой и спиртовой горелкой. Генриетта Грин умерла на 81-м году жизни от сердечного приступа. Так закончилась эпоха «ведьмы Уолл-стрит».

На протяжении всей своей жизни Генриетта Грин экономила на всем, и ее девиз сработал– на счету покойной было 100 миллионов долларов (сегодня это более двух миллиардов). После смерти все свое состояние она завещала детям. Сын Гетти Нэд довольно быстро промотал наследство, а дочь направила свою долю на благотворительность.

День рождения Генриетты Грин — 21 ноября — активно отмечают феминистки. Они поклоняются силе характера Гетти и гордятся тем, что ей удалось стать самой богатой женщиной своего времени

Алла ГЕРМАНОВА

Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное