Наталья Бурыкина: Руководителей налоговых инспекций надо наказывать рублем

Наталья Бурыкина: Руководителей налоговых инспекций надо наказывать рублем

28.02.2006

В настоящее время в подкомитете по налоговому законодательству Комитета по бюджету и налогам Госдумы идет работа над важными поправками в Уголовный кодекс. Депутаты Наталья Бурыкина и Андрей Макаров предлагают установить персональную ответственность должностных лиц налоговых органов за сознательное нанесение вреда налогоплательщику. В частности, за умышленно причиненный крупный ущерб (более 1 миллиона рублей) предусматривается срок до 10 лет. О работе над законопроектом и его перспективах мы поговорили с председателем подкомитета и одним из авторов поправок Натальей Бурыкиной.

– Наталья Викторовна, что стало причиной появления этого законопроекта?

– Во-первых, еще в период работы Думы третьего созыва в Уголовный кодекс был внесен ряд статей. Они предполагали, что за заведомо умышленное представление налогоплательщиком ложных данных в налоговой декларации, а также по ряду других деяний для него возникает уголовная ответственность. Мы решили, что в этом вопросе должна быть некая зеркальность. Иначе говоря, подобную ответственность логично было бы предусмотреть и для налоговых органов.

Во-вторых, сегодня в Уголовном кодексе есть наказание за общие правонарушения, такие как взятка и злоупотребление служебным положением. Мы же вводим немного другие, самостоятельные составы преступления, которые тоже должны считаться уголовными. Например, вынесение заведомо незаконного решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо отказ в вынесении решения (предполагаемый размер штрафа – 300 000 рублей. – Прим. ред.).

– А какова цель предложенных поправок?

– Основная цель – улучшить качество налогового администрирования. Проблема в том, что все по-разному понимают, что значит «качество». Одни считают, что это когда налоговый инспектор должен найти нарушения и находит их. А мы полагаем, что если контролеры пришли на проверку, а нарушений нет, то они должны этим удовлетвориться, составить соответствующий акт и сказать налогоплательщику спасибо. Конечно, нельзя утверждать, что наши поправки имеют в этом отношении стимулирующий характер. Но если работники налоговых органов выносят заведомо неправомерные решения, они должны знать, что будут за это отвечать. Вообще должен быть установлен постулат, что налогоплательщик изначально честен.

– Представители Федеральной налоговой службы, наверное, не в восторге от ваших инициатив?

– Да, они считают, что принятие этих поправок ущемляет их права. Но это не так, очень важно подчеркнуть принципиальный момент. Предлагаемые нормы, вводящие уголовную ответственность, никоим образом не ограничивают полномочия работников налоговых органов. Если они действуют в рамках закона, то никаких правовых последствий для них не наступает. Поэтому беспокоиться им не о чем – если они законопослушны, разумеется. Замечу еще, что ответственность устанавливается не для самих инспекторов, а для должностных лиц, уполномоченных на вынесение решения по результатам налоговой проверки. Это, как правило, начальник инспекции либо его заместитель.

– Наталья Викторовна, какие меры, по-Вашему, наиболее оптимальны в рассматриваемой сфере?

– Я считаю, что ответственность должна быть соразмерна деянию. Что касается конкретных сумм и сроков, то лично я не сторонник применения такой меры уголовного характера, как заключение под стражу. На мой взгляд, правильнее было бы вынести проблему в административную плоскость, то есть ограничиться высокими штрафами. Причем как в отношении налогоплательщиков, так и должностных лиц налоговых органов. В качестве уголовного правонарушения следует квалифицировать только мошенничество, за другие же деяния установить административную и материальную ответственность. Такой подход существует во многих странах. Однако наше право построено несколько иначе.

– Наверняка руководство налоговых органов само не заинтересовано в том, чтобы их сотрудники привлекались к уголовной ответственности...

– Вообще подход Федеральной налоговой службы к «своим» нарушителям отличается от других органов. Когда они выявляют недобросовестного сотрудника, то либо ограничиваются дисциплинарным взысканием, либо увольняют его, если нарушение было серьезным. В то же время по закону его, возможно, нужно сажать. Последствия от неправомерных действий такого рода крайне опасны для общества.

– Как Вы думаете, принятие поправок сможет решить существующие проблемы?

– Если система налогового администрирования будет работать правильно, то новые статьи будут редко использоваться. Тогда и процент дел, проигрываемых налоговыми органами в судах, может сократиться. А если инспектор приходит с целью найти нарушение у компании, а потом выносится неправомерное решение, то поправки будут работать, и это тоже принесет свои плоды.

– Как Вы оцениваете перспективы принятия законопроекта?

– Какое решение примет Дума, мне сложно сказать, потому что мы только в самом начале пути. Ситуация станет более понятной, когда окончательный текст поправок будет утвержден Комитетом по бюджету и налогам. Но как автору поправок, мне кажется, что у проекта хорошие перспективы.

– И когда предложенные Вами нормы могут вступить в силу?

– Мы планируем закончить работу над законопроектом в весеннюю сессию. А поскольку он касается положений первой части Налогового кодекса, то заработать может уже через месяц после опубликования. Отдельные нормы, под которые нужно будет подготовить какие-то дополнительные акты, могут вступить в силу с начала следующего года.

– Наталья Викторовна, какие еще поправки сейчас готовит ваш подкомитет?

– Во-первых, на прошлом заседании подкомитета мы обсуждали поправки, связанные с обязанностью различных органов давать разъяснения по налоговым вопросам. В результате решили разграничить их функции следующим образом. На жалобы и заявления должен отвечать налоговый орган, то есть Федеральная налоговая служба, поскольку жалуются как раз на ее сотрудников. Разъяснения же по вопросам применения законодательства будет давать Министерство финансов. Что касается времени ответа, то для ФНС предлагается установить срок в месяц, а для Минфина – до трех месяцев. Это позволит избежать разногласий в разъяснениях – на наш взгляд, у ФНС вообще не должно быть своего мнения, отличного от Минфина.

Другая наша инициатива касается ситуации, когда по результатам налоговой проверки вынесено решение, но налогоплательщик с ним не согласен. Мы предлагаем, чтобы в течение пяти дней с того момента, как он узнал о результате проверки, у него была возможность обжаловать решение инспекции. Причем, как только налоговый орган получает жалобу, все действия с его стороны в отношении налогоплательщика должны приостанавливаться. Конечно, руководству налоговых органов не нравится эта инициатива, они считают, что такая норма осложнит их работу. Но мы не видим тут проблемы – просто вышестоящая инстанция должна дать быстрый ответ, поддерживает она деятельность органа, вынесшего решение, или нет.


Сергей Пепеляев, управляющий партнер юридической компании «Пепеляев, Гольцблат и партнеры»

«Взимание налога вне рамок закона – это хищение...»

– Сергей Геннадиевич, насколько актуально, на Ваш взгляд, введение персональной ответственности должностных лиц налоговых органов?

– То, что эти вопросы поднимаются, совершенно справедливо. Для налогоплательщиков установлены весьма суровые санкции за нарушение законодательства: это уголовное преследование, штрафы, пени. А для работников налоговых органов нарушить закон фактически ничего не значит. Это ведет к тому, что у них формируется наплевательское отношение к чужой собственности.

– В чем это выражается?

– Часто служащие налоговых органов заботятся не о бюджете, а о собственном кармане. В нашей практике встречалось немало ситуаций, когда в ходе налоговой проверки в разных формах, иногда даже совсем беззастенчиво, инспекторы вымогали взятку с компании. Причем даже не за то, чтобы закрыть глаза на какие-то нарушения, а только за то, чтобы не придираться к совершенно нормальным вещам. А не получив от налогоплательщика желаемого, в отместку контролеры пишут в акте проверки любые бредни лишь исходя из желания отомстить.

– Это явление массового характера?

– Да, этим заражены многие инспекции, включая межрегиональные инспекции по крупнейшим налогоплательщикам. А это значит, что проблема весьма объемна. Одним из следствий такого положения вещей является тот факт, что компании выигрывают у налоговых органов практически 70 процентов споров в арбитражных судах. Поэтому вопрос о борьбе с должностными преступлениями, которые совершают служащие налоговых органов, стоит достаточно остро.

– Неужели их ответственность никак не регулируется законодательством?

– Конечно, в Уголовном кодексе есть ряд норм о должностных преступлениях: злоупотребление полномочиями, должностная халатность, вымогательство взятки. Но такие деяния очень сложно доказывать. Законодательства иностранных государств предполагают более простой фактический состав. Во многих зарубежных юрисдикциях излишнее взимание налога рассматривается как посягательство на собственность налогоплательщика. Налог остается налогом, только если взимается исключительно в рамках закона. Как только под видом налога пытаются незаконно изъять часть собственности, это просто хищение. А такие действия должны преследоваться, в том числе и в уголовном порядке. Причем не должно быть принципиальной разницы, изымает ли денежные средства контролер в свою личную собственность или в пользу бюджета. Ведь во втором случае он опять-таки исходит из личных побуждений – продвижение по службе, получение премии и т. п.

– И как же заставить его не нарушать закон?

– Помимо личной ответственности в виде административного или уголовного наказания, должны заработать нормы о материальной ответственности государственных органов за вред, причиненный налогоплательщику. Ведь этот вред может состоять не только непосредственно из той части, которую изъяли, но и из неполученных доходов. Если с вашего счета что-то списали и в течение года, пока вы спорили с налоговой инспекцией, деньги были вне оборота, то значит, вы что-то потеряли. Кроме того, вы понесли расходы на оплату юристов и т. п. Все это тоже должно взыскиваться с обидчика, то есть с налогового органа.

– Сергей Геннадиевич, по-Вашему, ответственность налогоплательщиков и налоговых органов должна быть симметричной?

– Я думаю, что у государства должна быть даже более серьезная ответственность. Ведь за проверяющими стоит сила, полномочия, репутация. Поэтому к работникам налоговых органов закон должен быть строже.

– Как Вы оцениваете перспективы принятия обсуждаемых поправок?

– Я не провидец, поэтому не знаю, будут ли они приняты. Но мне очень хотелось бы, чтобы это произошло. Если не будет установлена реальная ответственность чиновников перед обществом, то любые, самые хорошие начинания ни к чему не приведут. Вода камень точит, и надо не спорить, а делать любой шаг в нужном направлении. Поэтому я считаю, что предложения депутатов необходимо поддержать.


Михаил Орлов, адвокат, председатель Экспертного совета Комитета по бюджету и налогам Государственной думы РФ

«Оснований для серьезных возражений против поправок нет...»

Поправки в первую часть Налогового кодекса, внесенные в Думу правительством, только раздвинули границы полномочий фискалов. Поэтому предложение депутатов ввести в Уголовный кодекс ответственность работников налоговых органов выглядит логичным. По сути, депутаты согласились с тем, что контролеры должны обладать инструментом борьбы с недобросовестными налогоплательщиками. Но при этом они предложили ввести гарантию того, что эти права не будут использоваться для решения иных задач.

Следует отметить, что депутаты предлагают привлекать к ответственности должностных лиц, нарушающих закон умышленно. Конечно, непросто доказать прямой умысел преступления. Однако, как мне кажется, наша правоохранительная система к этому готова. Ведь уголовная ответственность налогоплательщиков также наступает при наличии прямого умысла, а его следственные органы выявлять умеют.

На мой взгляд, Федеральная налоговая служба РФ должна только приветствовать инициативу депутатов. Возражать против уголовной ответственности правительственные ведомства могут только в двух случаях. Либо они точно знают, что большинство сотрудников налоговых органов умышленно нарушают закон, но тогда надо распустить ФНС. Либо если они уверены, что правоохранительные органы не умеют выявлять прямой умысел лица, нарушающего налоговый закон. Но тогда надо отменить и ответственность налогоплательщиков. Уверен, что оснований для серьезных возражений против предлагаемой концепции нет.

Беседовал эксперт «Консультанта» Ярослав Колпаков

Практическая энциклопедия бухгалтера

Все изменения 2018 года уже внесены в бератор экспертами. В ответе на любой вопрос у вас есть всё необходимое: точный алгоритм действий, актуальные примеры из реальной бухгалтерской практики, проводки и образцы заполнения документов.

Узнать подробнее


Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное

Комментарии (0)


    Оставить комментарий


    Введите код с картинки:

    CAPTCHA