По Кубани

По Кубани

05.12.2003

В Краснодарский край я попала не случайно: частенько приходилось выслушивать по телефону жалобы на местных налоговиков и законотворцев. Побывав в этом регионе, я пришла к выводу, что с законностью действий кубанских чиновников на самом деле можно поспорить, однако трудятся они добросовестно и, главное, ничего не скрывая.

Краснодар

Многие называют Краснодар большой станицей: буквально через несколько кварталов от центральной улицы Красной – частный сектор. Крутые коттеджи рядом с деревянными домишками, построенными, вероятно, еще до Великой Отечественной. Зато в Краснодаре чувствуешь себя довольно уютно: урбанизация практически не давит. Ухоженные деревья, цветы, фонтаны на пешеходных аллеях, огромное количество машин на дорогах, а вдоль тротуаров – множество магазинов, ресторанчиков, клубов. Фасады старинных зданий гармонично соседствуют с современными строениями банков и офисов из стекла и бетона.

Но главная достопримечательность Кубани – ее жители. Одна горожанка без ложной скромности сказала: «Мы умные, красивые и гордые». Можно еще добавить: открытые и острые на язык. Если надо найти какую-нибудь улицу, то краснодарцы с удовольствием проводят вас пару кварталов, рассказывая о городе и перемывая косточки своим недругам.

В УМНС по Краснодарскому краю в меня вцепились мертвой хваткой южного гостеприимства и пообещали, что скучать не придется. Заместитель руководителя управления Виктор Гелета сразу же заверил, что расскажет и покажет все как есть.

Но для начала он проводил меня в «налоговый» музей Кубани, который находится в управлении.

– Музей у нас домашний и очень мобильный. Все делали своими руками.

Под экспозицию выделена небольшая комната. На стенде с подсветкой – налоговая форма, парадная и обычная. В другом углу – спортивные награды. На стенах фотографии налоговиков начала прошлого века, старые документы, снимки зданий краевых инспекций, фотографии старожилов.

– Это Николай Андреевич Половинкин – человек-легенда, выдающийся финансист, – рассказывает Виктор Алексеевич, показывая фотографии. В нашем управлении все руководящие должности занимают его ученики. А это мы ездили в Германию. У них уже тогда, в 1993 году, работали операционные залы, и бухгалтеры с налоговиками вживую практически не общались: все было автоматизировано. Сейчас и мы к этому подошли: этап запугивания и штрафов остался в прошлом. Стараемся в каждой инспекции создавать офисы для налогоплательщиков, где помимо сдачи отчетности можно будет получить консультацию и заплатить налоги через отделение банка. Наш девиз – предпринимателям и бухгалтерам должно быть удобно.

Удобно всем?

Рассказы налогового начальника – дело хорошее, но лучше все увидеть своими глазами. Поэтому я решила узнать обстановку в рядовых инспекциях. Особенно меня интересовала электронная отчетность.

В УМНС мне не раз говорили, что 90 процентов кубанских фирм уже обходятся без бумажных отчетов и сдают все только в электронном виде. Правда, пользуются для этого услугами аудиторов, которые обосновались в каждой инспекции и работают за чисто символическую плату.

Более того, перенести отчетность на дискетку могут и сотрудники инспекции, работающие в консультационных кабинетах. Делают это они за официальное вознаграждение. А вот их консультации по любым вопросам можно получить бесплатно.

Под впечатлением таких рассказов мое воображение нарисовало счастливых бухгалтеров и пустые гулкие коридоры налоговых инспекций.

ИМНС № 2 по городу Краснодару

Экскурсия началась с верхних этажей. Больше всего меня впечатлила обстановка, а не демонстрационный зал для семинаров и кабинеты руководителей. Вокруг действительно почти никого не было: покой и умиротворение, как будто и не в налоговой находишься. Между пустых стульев бродила трехцветная кошка – как мне потом сказали, талисман инспекции. И лишь иногда проходили сотрудницы с бумагами.

– А где же бухгалтеры и предприниматели? – удивленно поинтересовалась я у начальника отдела работы с налогоплательщиками ИМНС № 2 Александра Пожара.

– Вы их здесь не увидите. Они выше первого этажа поднимаются, только если есть проблемы с камеральным отделом. А так все внизу, в операционном зале.

Спускаемся. На первом этаже народу действительно побольше. По озабоченным лицам и постоянным перекладываниям бумажек я узнаю родных счетоводов. С одним из них, бухгалтером Эдуардом Марковичем, я разговорилась.

– У меня на эту инспекцию никаких жалоб нет. Зато есть претензии к «верхам»: налоговики вместе с Минфином постоянно что-то выдумывают. Раньше были более стабильные инструкции, а сейчас даже бланки не можешь купить на следующий квартал. Каждый раз покупаю и думаю: пройдет, не пройдет? Вы там в Москве передайте, пусть министры меньше творчеством занимаются. А чтобы у них инструкции и документы сразу получались нормальные, нужно брать на работу в ведомства практиков, а не теоретиков.

Пообещав передать все пожелания, я продолжила экскурсию.

– Вот кабинет, где можно получить бесплатную консультацию, – показывал мне свои владения Пожар. – Здесь же за плату вам перенесут всю отчетность на дискету. Можно обратиться и к аудиторам, их представители сидят чуть дальше. В соседней комнате занимаются регистрацией. А вот и главный, «приемочный» кабинет. Как видите, столы с перегородками: американская система, хотя это для нас и не очень привычно. Садишься к свободному работнику, он принимает декларацию (не проверяет, а просто принимает), и все – свободен. Очень удобно, никто не толпится, народу немного.

– Это потому что 20-е число не скоро, – предположила я.

– Конечно, к 20-му числу народу прибавится, – согласился Александр Пожар. – Но в этом виноват не столько маленький метраж, сколько исконно русская привычка – все делать в последний момент. Например, приходит в последний день какая-нибудь дамочка и сдает «нулевую» декларацию. Спрашивается: чтоб тебе пораньше-то не появиться? Места, конечно, маловато, зато у нас есть благоустроенный двор. Пойдемте покажу.

На свежем воздухе я решила задать каверзный вопрос.

– На вашу инспекцию жалуются: мол, заставляете директоров фирм зарплату начислять не меньше краевого прожиточного минимума. Непокорным угрожаете проверками. Вам не кажется, что это незаконно?

– Есть постановление губернатора Краснодарского края, которое обязывает работодателя платить определенную зарплату. Мы же должны выполнять распоряжения нашего главы.

– Даже если они противоречат федеральному законодательству?

– Хорошо, тогда объясните мне, как можно прожить на 500 рублей? Ведь всем понятно, что остальное платят «вчерную». Мы ничего не нарушаем и никого не наказываем, просто настойчиво рекомендуем бизнесменам вести себя прилично. Но, кстати, подвал у нас вместительный, можно и пыточную камеру устроить, – пошутил Пожар.

– Не хотите быть хорошими – заставим?

– Естественно. Это практическая реализация ролика «Пора выходить из тени». Если фирма уходит от налогов и платит черную зарплату, то почему мы должны смотреть на это спокойно?

Разговор прервал пожилой сторож. Протягивая всем по яблоку, он сказал: «Покушайте – свои из, сада. Хорошие в этом году уродились».

Станица Динская

На Кубани не много городов. Основная часть населения живет в станицах. В одно из таких поселений отправилась и я. Динская – относительно небольшая станица в часе езды от Краснодара. Район живет сельским хозяйством: на 100 тысяч жителей – 10 крупных сельхозпредприятий, 300 фермерских хозяйств и множество частных предпринимателей.

Всю дорогу до Динской мы с начальником отдела работы с налогоплательщиками УМНС Игорем Гончаровым обсуждали проблемы малого бизнеса. По его мнению, новая глава по вмененке совершенно не продумана: всех причесали под одну гребенку.

– Надо ведь разумно подходить к проблеме, – возмущается Гончаров. – Разве сеть магазинов по 150 метров – это малый бизнес? В итоге получается, что крупные бизнесмены уходят от налогов, а вся нагрузка ложится на мелких. А ставки должны определять местные власти, потому что они лучше знают свой регион. Нас же просто по рукам и ногам связали Налоговым кодексом.

Динская инспекция немного выделяется на общем фоне одноэтажных домиков. Современное красивое здание, все в цветах и зелени.

Руководителю инспекции Вячеславу Земляному меня представили как журналиста, пишущего о малом бизнесе и бухгалтерии.

– Я не скажу, что к малому бизнесу сейчас применяются драконовские законы, однако менталитет у предпринимателей прежний, – заявил Земляной. – Сегодня только вызывал к себе бизнесменов, которые не применяют ККТ. Объясните, что заставляет их не пробивать чеки и скрывать выручку, когда есть фиксированная ставка вмененки?

– Боятся, – попыталась я объяснить ситуацию. – В Тольятти, например, налоговики стали проверять фирмы, у которых пошло резкое увеличение прибыли за счет вмененки. И вообще где гарантия, что завтра вмененку не отменят?

– В этом вы правы, уверенности в том, что завтра ничего не изменится, нет, – согласился со мной руководитель инспекции. – Предпринимателям нужны только стабильность и простота отчетности. Моя задача – чтобы люди могли обслуживаться в налоговой быстро и качественно. У нас уже есть аудиторы, интернет, консультационный кабинет, помещение, где можно спокойно сесть и заполнить отчеты. Скоро и отделение банка появится, и налоги можно будет платить не выходя из инспекции.

– Интересно, а станичные инспекторы получают такую же зарплату, как и все?

– Естественно, но текучка у нас небольшая. Это село, и тут не так-то просто найти работу. А потом, у всех свое подсобное хозяйство. Наши женщины, отработав в инспекции, идут на огород. Подходит время картошку сажать – они говорят: «Вячеслав Михайлович, надо!» И я отпускаю, потому что знаю: сегодня не посадят – завтра может быть уже поздно. Так что у нас зарплата идет на одежду и коммунальные платежи, а питание свое. Даже продают излишки. Ко мне вот недавно пришла специалист и говорит: «Можно я завтра с обеда уйду? Зарезала 30 куриц, надо поехать на рынок продать».

Конечно, в Германии налоговый инспектор имеет по нескольку машин, дом двухэтажный и отпуск в любой точке земного шара. Зато нам работать интересно. Сейчас забиваем базу по транспортному налогу – 30 тысяч автовладельцев. Видите, у меня даже на столе нет компьютера: отдал инспекторам, чтобы работа быстрее шла.

После довольно вкусного обеда в местной столовой я пошла посмотреть, как в станичной инспекции принимают бухгалтеров. Перед входом в кабинет – помещение со столами, за которыми сидят несколько женщин и заполняют бумаги. Я села рядом и разложила свои листочки.

– Первый раз, что ли, по сельхозналогу – так волнуешься? – неожиданно спросила меня одна из дам.

– Угу, – неуверенно кивнула я.

– Не переживай, девчонки там хорошие и принимают быстро. Только с этими дискетами замучили, ругают за бумагу. Если что, ты говори, что денег на компьютер нет и на аудиторов тоже.

– А подарочки обязательны? – поинтересовалась я, заметив в сумке собеседницы коробку конфет.

– Да нет, это я в школу сыну купила. А тут и без этого примут нормально.

Напоследок Вячеслав Земляной подарил мне букет роз, которые он сам выращивает прямо перед своей инспекцией.

Разговор с «шефом»

Сразу после Динской мне назначили аудиенцию у руководителя УМНС по Краснодарскому краю Ивана Перонко. Он день как вернулся из отпуска и был в хорошем расположении духа.

– Аудиторские фирмы в инспекциях – это ваша находка?

– Я этим загорелся, когда побывал в Германии. У них там система аудита очень развита. Думаю, в налоговом администрировании должна присутствовать третья сторона. Мы сейчас так загружены, что оказать квалифицированную консультацию всем желающим не можем. А с аудиторами удобнее и инспекторам, и бухгалтерам.

– Я слышала, что в Краснодаре создаются мобильные группы: все контролеры объединяются и делают общие проверки. Как вы к этому относитесь?

– Это не наша инициатива, а краевой администрации. Задача таких групп – определить истинную налоговую базу и в первую очередь истинные объемы производства. Мобильные группы не преследуют чисто фискальные цели, а скорее изучают ситуацию. Все это делается в рамках законодательства, не нарушая ничьих прав. Хотя попутное выявление нелегалов тоже полезно. А то получается, что мы давим на добросовестного предпринимателя. Он сидит и думает: «Вот я плачу налоги, а сосед даже не зарегистрирован, “крышу” имеет и вообще ничего не платит». Это несправедливо.

– А вас в несправедливости уличают? Часто судитесь?

– Граждане должны отстаивать свои права. Законодательство новое, практика его наработки только идет, поэтому такие столкновения я считаю нормальным явлением. Решение налоговой не есть истина в последней инстанции. Инспекторы тоже люди, и им свойственно ошибаться.

– Скажите, где управление берет деньги на такое современное обустройство своих инспекций? – поинтересовалась я.

– В краевой администрации есть фонд, куда поступают деньги от налоговых штрафов. И по закону мы имеем право брать от этой суммы 30 процентов для обустройства управления, – успокоил меня Иван Перонко.

Анапа

Напоследок мне посоветовали съездить в Анапу – известный детский курорт. Там находятся один из пансионатов МНС и самая «передовая» инспекция края, как сказал Иван Перонко. Город знаменит своим мелким побережьем и воздухом, насыщенным йодом. Уникален он еще и тем, что в нем почти нет московских инвестиций. Все остальные прибрежные курорты скупили богатые столичные жители, а Анапа пока держится силами местных бизнесменов и инвесторов из провинциальных городов России.

Анапскую инспекцию мне представили как эксклюзив.

– Что же у вас такого необычного? – сразу спросила я руководителя инспекции Евгения Царева.

– Девиз инспекции – бухгалтеру в налоговой делать нечего! Вы можете неделю ходить по инспекции и увидите максимум 20 налогоплательщиков одновременно.

Конечно, такой порядок появился не сразу. Восемь лет назад мы «оторвали» счетоводов от инспекторов, у нас нет кураторов и участков. Никаких совместных посиделок, заполнений деклараций и чаепитий. Поначалу было трудно: народ у нас общительный, но потихоньку привыкли. А то когда все перешли на вмененку, тут каждый месяц такая коррида была! Люди с ночи очередь занимали, номера себе на руках писали. Инспекторы проходили на работу сквозь живой коридор и слушали всякие гадости. Тогда позвали аудиторов и предложили стать посредниками между нами и бухгалтерами. Предлагаю просто пойти и посмотреть.

Вход в офис для налогоплательщиков отдельный, со стороны моря. Открыв дверь, я услышала окончание эмоционального монолога одного из посетителей.

– Что же мне теперь делать? Ну найдите мне его! – кричал пожилой мужчина довольно странного вида, с перемотанной бинтами грудью.

– Вот, Евгений Степанович, требует, чтобы мы нашли его должника, – пожаловалась сотрудница вошедшему со мной руководителю.

– Он (должник – прим. ред.) находит нам квартирантов и берет с этого проценты. А последний раз взял все деньги и сбежал. Найдите мне его, вы же налоговая! А то я вам деньги не смогу заплатить. Мне в больницу ложиться надо, и отчет я сдать не успеваю, – в панике выкрикивал посетитель.

Пока Евгений Степанович разъяснял бедолаге, что этими делами занимается милиция, а не налоговая, я прошла в операционный зал с окошечками. Желающих пообщаться с налоговиками было всего человек восемь.

– Сейчас пора сдачи отчетов квартиросдатчиков, а их в городе 5300. Кажется, должны брать инспекцию на абордаж, но сами видите, все спокойно, – похвалилась одна из инспекторов.

Позже я поинтересовалась у Евгения Царева, как они умудряются отслеживать тех, кто сдает квартиры. Ведь вполне можно сказать, что родственники приехали.

– Во-первых, все, кто приезжает в Анапу, проходят регистрацию. По ней мы проверяем, кто где остановился. А во-вторых, народ у нас бдительный. Если сосед не легализовал свой «квартирный бизнес», обязательно настучат.

Кубанские бухгалтеры

Во время долгого общения с краснодарскими наговиками меня все время терзала предательская мысль: «Ну не может быть все так хорошо, как они рассказывают и показывают». Чтобы успокоиться, я, естественно, решила пообщаться с обычными оппонентами инспекторов – бухгалтерами и расспросить, какие у них проблемы.

– Все бы ничего, – поделился со мной Григорий, бухгалтер из Темрюка, – да вот с этими дискетами замучили. Заставляют на них отчетность сдавать, а программа сырая и плохо продуманная. Эти дискетки в инспекции часто не раскрываются, и приходится опять декларацию на бумаге приносить. К аудиторам я не хожу, потому что сам бывший программист и в состоянии перенести отчет на магнитный носитель.

Главный бухгалтер одного из строительных предприятий Краснодара, оценив в целом работу родных налоговиков на четыре с плюсом, пожаловалась, что трудно добывать оперативную информацию по налоговым новшествам, да и семинарами чиновники не часто балуют.

А вот главный бухгалтер фирмы «Сивма» долго возмущалась директивами центра:

– Даже не знаешь, кого слушать – Букаева или Бакаева (Букаев – министр по налогам и сборам, Бакаев – руководитель департамента методологии бухучета и отчетности Минфина – прим. ред.). Они просто над нами издеваются. Пусть сначала между собою разберутся, а потом уже инструкции придумывают. А местные инспекторы ведь ничего не решают, они тоже заложники системы.

Неля Коновалова, бухгалтер с сорокалетним стажем, подтвердила, что кубанские налоговики – люди хорошие, приветливые. Даже без подарков все объясняют и показывают.

– Вот только насчет очередей пусть не рассказывают. Я в 5-й инспекции Краснодара долго обслуживалась. Так там караулят очередь с семи утра, раньше даже до драк доходило. Я теперь отчетность по почте отправляю, пусть сами разбираются.

В целом мы все сошлись на мнении, что кубанские чиновники очень стараются сделать лучше. Что-то действительно срабатывает.

Олеся ПЕРЕЖОГИНА

Практическая энциклопедия бухгалтера

Все изменения 2018 года уже внесены в бератор экспертами. В ответе на любой вопрос у вас есть всё необходимое: точный алгоритм действий, актуальные примеры из реальной бухгалтерской практики, проводки и образцы заполнения документов.

Узнать подробнее


Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное

Комментарии (0)


    Оставить комментарий


    Введите код с картинки:

    CAPTCHA