Сделки и порок воли

09.09.2015

Многие предприниматели слышали выражение «порок воли». Некоторые даже знают, что по этому основанию можно оспорить сделку как недействительную. Как же это сделать и как доказать, что коммерсант действовал против своей воли? В проблеме разобралась Марина Скудутис.

Для начала определимся, что же такое операции с пороком воли. К ним относятся договоры, подписанные под влиянием обмана, насилия, угрозы, сделки при наличии злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой или заключенные под влиянием стечения тяжелых обстоятельств. Такие операции недействительными признает суд по иску потерпевшего (ст. 179 ГК РФ).

Если сделка признана недействительной по одному из вышеперечисленных оснований, к ней применяются последствия недействительности. То есть каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное, а в случае невозможности этого (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) – возместить стоимость. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, виновная сторона также должна возместить.

Обратите внимание, обман, угроза, насилие могут исходить не только от стороны сделки, но и от других лиц, действующих в ее интересах. Однако в случае обмана придется доказать, что последние знали или должны были знать о нем.

На заметку

Однако добиться в суде признания операции совершенной с применением насилия или под угрозой не так просто. Как правило, для этого потребуется вступивший в законную силу приговор суда о признании лица виновным в преступлениях. В случае его отсутствия суды отказывают истцу в иске.

Насилие может выражаться в физическом причинении вреда, например, побоев при принуждении совершить операцию. В некоторых случаях имеет место и психическое воздействие. Это могут быть разного рода угрозы, например, нанести вред здоровью стороне сделки, родственникам, имуществу потерпевшего. Под угрозой в этом случае понимается психическое воздействие на волю коммерсанта. Его цель – вынудить сторону заключить сделку под страхом причинения физического насилия, нравственных страданий, разглашения сведений, порочащих деловую репутацию, либо совершения какого-либо другого противоправного деяния.

Однако добиться в суде признания операции совершенной с применением насилия или под угрозой не так просто. Как правило, для этого потребуется вступивший в законную силу приговор суда о признании лица виновным в преступлениях. В случае его отсутствия суды отказывают истцу в иске. Они ссылаются на недоказанность применения насилия или угрозы. О выводах арбитров в такой ситуации расскажу чуть ниже.

Еще одно основание, по которому можно попробовать оспорить сделку с пороком воли, – это совершение злонамеренного соглашения. Оно предполагает, что сделка была заключена с целью причинить неблагоприятные последствия либо получить какую-либо выгоду. Причем она имеет место и тогда, когда лицо совершает операцию от имени одной из сторон на основании отношений представительства, умышленно вступает в сговор с другой стороной и заключает договор на невыгодных для представляемого условиях. К примеру, это может быть нечистый на руку директор, который «проворачивает» операцию от имени компании, но в своих интересах.

Есть еще так называемые кабальные сделки. Это те, которые сторона заключает вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем и пользуется деловой партнер. Однако в бизнесе сделки не могут быть кабальными. Напомню, что предпринимательская деятельность всегда ведется «на свой страх и риск». В связи с этим суды отказываются признавать операции коммерсантов кабальными (см., например, Постановление ФАС Уральского округа от 8 сентября 2005 г. № Ф09-2559/05-С5).

На практике

Судебная практика демонстрирует, что доказать порок воли при заключении сделки непросто. Очень часто арбитры отказывают в этом по причине, что потерпевшая сторона не представляет необходимых для этого доказательств (см. например, Определение Верховного Суда РФ от 5 июня 2015 г. № 305-ЭС14-497 по делу № А41-2100/2012, Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 3 декабря 2010 г. по делу № А19- 8122/10, ФАС Восточно-Сибирского округа от 24 февраля 2010 г. по делу № А33-10741/2009, ФАС Дальневосточного округа от 7 июля 2014 г. № Ф03-2096/2014 по делу № А59- 1610/2013).

Еще пример. Участник ООО из северной столицы попытался оспорить в суде сделку по продаже принадлежавшей ему доли в уставном капитале. Он ссылался как раз на порок воли при заключении договора, а именно на то, что он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими. Однако суд решил, что факт установления наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует, как правило, специальных познаний, поэтому истец, проявляя процессуальную активность и действуя на основе состязательности, вправе был обратиться к суду с ходатайством о проведении судебно-медицинской экспертизы. А он этого не сделал. В итоге в иске ему отказали (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29 мая 2015 г. по делу № А56-14605/2014).

Однако не стоит думать, что положительная практика признания сделок, совершенных с пороком воли, отсутствует. Это не так. Для примера можно взять Постановление ФАС Московского округа от 25 апреля 2014 года № Ф05-3679/13 по делу № А40-116457/11-137-298. Компания- истец по этому делу просила признать недействительным договор купли- продажи недвижимого имущества, заключенный от имени организации. В 2004 году фирма продала недвижимость – два здания. Теперь в суде организация ссылалась, что сделка была совершена без одобрения ее участников как крупной операции, при этом имеются также основания для квалификации сделки по статье 179 ГК РФ, как сделки, заключенной по злонамеренному соглашению представителя одной стороны с другой, а, следовательно, последующая операция (когда компания-ответчик продала здания уже другой фирме) является недействительной. Суд установил, что спорную сделку по отчуждению здания совершил генеральный директор истца как представитель общества, имеющий право действовать от его имени без доверенности, что, по сути, является выражением воли юрлица.

Однако приговором суда по уголовному делу было установлено, что действия гендиректора были квалифицированы по части 4 статьи 159 УК РФ: мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение. При таких обстоятельствах арбитры пришли к выводу, что руководитель при заключении договора не выражал волю самого юридического лица, а преследовал свои интересы. Арбитры напомнили, что, согласно статье 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. На основании изложенного, а также с учетом обстоятельств, установленных приговором, суд решил, что в силу статьи 168 ГК РФ сделки являются ничтожными.

Анна Мишина, для журнала «Расчет»

Практическая энциклопедия бухгалтера

Все изменения 2018 года уже внесены в бератор экспертами. В ответе на любой вопрос у вас есть всё необходимое: точный алгоритм действий, актуальные примеры из реальной бухгалтерской практики, проводки и образцы заполнения документов.

Узнать подробнее


Поделиться

конверт подписки
Подпишись на рассылку

Выбор читателей

Интересное